Home 1 Туризм 1 Ингушетия. Галгай — строитель башни.

Ингушетия. Галгай — строитель башни.

Много ли мы знаем про Ингушетию? Недавно, услышав такой вопрос, вспомнил лишь название города Малгобек, где родился мой школьный товарищ. Многие не вспомнят вообще ничего. Самая молодая в ряду регионов России, Ингушетия почти не звучит в новостях. А рассказать есть о чём.

Фотографии при клике увеличиваются и открываются в отдельном окне.

Башенный аул Эрзи в Джейрахской долине.

Любопытство — сильная штука, предложили короткую ознакомительную фото-поездку, и без сомнений собрался в дорогу. Для приезжего Ингушетия начинается с аэропорта в городе Магас, нового и современного, как и недавно построенный, чистый и аккуратный город, административный центр республики. Едем в Назрань; города примыкают друг к другу. Всё близко. Назрань, более обывательская, не сильно отстаёт новизной от Магаса: много современных зданий, торговых центров, часто встречаются красивые мечети.

Первые впечатления из окна автомобиля: плотно застроенные города и посёлки переходят один в другой, не оставляя свободного пространства между указателями населённых пунктов. Дома ингушей, в основном частные, добротны и основательны. На улицах много людей, мужчины подтянуты и опрятны, а женщины нарядны, на высоких каблуках. Детей значительно больше, чем в городах средней полосы. Кругом кипит жизнь, немало новостроек.

Мои новые друзья-ингуши воодушевлены перспективами и большими планами. Все рассказывают, что времена криминальных войн и терактов в прошлом, вот уже несколько лет в республике спокойно, и блок-постам на дорогах осталось стоять недолго.


Путь к Ляжгинскому водопаду.

Немного сухих фактов:

В советские времена ингуши жили вместе с чеченцами в Чечено-Ингушской ССР, которая распалась с объявлением независимости Чечней в 1991 году. Ингушетия осталась без государственного управления, и в ноябре того же 1991 года ингуши провели референдум, высказавшись остаться с Россией, а 4 июня 1992 года провозгласили Республику Ингушетия в составе Российской Федерации.

Современная Ингушетия расположена в самом центре Северного Кавказа, граничит на юге с Грузией, на западе по Военно-Грузинской дороге с Северной Осетией, на востоке с Чечнёй. На севере узкой полоской земли, отнесенной к Северной Осетии, отделена от Кабардино-Балкарии. Всего Ингушетия, самый маленький регион России, занимает площадь около 3600 квадратных километров, на которой живут более 440 тысяч человек; плотность населения очень высока, почти 122 человека на квадратный километр, и уступает в России лишь Московской области с плотностью 160. Причем более 90% населения сосредоточилось на равнинной части республики, и, например, в Сунженской долине плотность превышает 600 человек на квадратный километр. Для сравнения, плотность перенаселённой Японии меньше 350 человек на квадратный километр.


Ляжгинский водопад.

Свою равнинную часть ингуши называют плоскостью, условно разделяя всю территорию на две части, говоря просто “в горах” и “на плоскости”. Целью моей поездки была Горная Ингушетия. Перед путешествием прочитал немногое, что нашёл на просторах Интернета, и уже предвкушал увидеть суровые горные пейзажи, где зародились древние племена и фамилии горцев, позже объединившиеся в ингушский народ, и высокие башни аулов, каждый камень в которых говорит о многовековой истории и старинных традициях кавказских аборигенов.

В Джейрахский, горный район республики, ведут две дороги. Первая, везде с твёрдым покрытием, доступная легковому автомобилю, идёт через Северную Осетию и Владикавказ, далее по Военно-Грузинскому тракту, и приводит в районный центр и окружающую его западную часть Горной Ингушетии, Джейрахское ущелье, называемое ещё Солнечной долиной. Вторая дорога, сначала асфальтовая, ведёт из Назрани, через предгорные посёлки Галашки и Мужичи, далее хорошей грунтовкой по узкому, с великолепными видами Ассинскому ущелью, и приводит в Таргимскую котловину, в самом центре горного района. Отсюда на запад, к Джейраху, и на восток, в Цори и Вовнушки, ведут уже каменистые дороги с серпантинами и крутыми перевалами, доступные лишь серьёзным внедорожникам.

Занимает Горная Ингушетия северные склоны в центре Большого Кавказского хребта, где вершины гор сверкают ледниками и вечными снегами, и прилегающие, покрытые изумрудными лугами, не уступающими альпийским, и темным густым лесом, склоны Скалистого хребта, ранее называемого Пёстрым. Местами хребты соединяются высокими перемычками с крутыми перевалами, а меж гор раскинулись живописные долины бурных рек Асса и Армхи с многочисленными бешенными притоками и ручьями, с глубокими перепадами и мощными грохочущими водопадами.


Солнечная долина утром.

Из тесного Ассинского ущелья выходим на простор Таргимской долины и останавливаемся на возвышенности. Дорожный разговор замер на полуслове — впервые увиденное было столь неожиданным, что забыл о фотокамере, просто смотрел и любовался. Передо мной, на ближнем возвышении, чуть ниже, под нависающими огромными скалами, гордо красовался старинный башенный город. Двух и трёхэтажные широкие дома, сложенные из разноразмерного камня, иногда с пристройками или примыкающими высокими стенами-ограждениями из такого же камня, стоят на склоне близко друг к другу, образуя узкие улочки. Рядом с ними, с краю, несколько строений по-меньше. А на переднем плане устремилась в небо стройная красавица-башня, с большой пристройкой в нижней части. На неточный глазомер высота башни больше 20 метров, в основании квадрат не менее 5 на 5 метров. Кверху башня ровно сужается и венчается необычной ступенчатой крышей, на верхушке которой установлен камень конусной формы. По центральной вертикали с каждой стороны расположены окна, небольшие, как бойницы крепости, только нижний проём, видимо вход, и окна верхнего этажа значительно больше. Верхние окна снизу прикрыли машикули — своеобразные балкончики без пола, оборонительного характера. Считая по окнам, далеко разнесённым по высоте, в башне 5-6 этажей. На одной из стен ниже верхнего окна, углублением в кладке изображена фигурка, напоминающая детский рисунок человечка из палочек с расставленными ручками и ножками.


Башенный аул Эгикал.

Оглядываю долину дальше, и вижу, не более чем в двух километрах, ещё один, не уступающий величием каменный город, в котором насчитываю четыре хорошо сохранившиеся высокие башни, с такими же необычными крышами в виде ступенчатой пирамиды. Широкие трехэтажные дома здесь тоже присутствуют, а вот малые строения вынесены в отдельную группу на некотором расстоянии.

Дальше и выше по долине виден ещё один каменный посёлок.


Башенный аул Таргим.

Это удивительное место называют долиной трёх селений, в которых в средние века сформировались наиболее влиятельные роды ингушей. По легенде, отец жившей здесь семьи перед смертью собрал троих сыновей, чтобы справедливо разделить между ними, по умениям и желаниям, всё что оставлял в этом мире. Младший, хозяйственный Тергим, остался на отцовском месте. Средний, умелый охотник Хамхи, получил в наследство ближние горы и лес. А старшему, увлечённому разведением лошадей Эги, достались обильные луга на берегу Ассы. Дружные братья расселились по-соседству и построили свои башни в местах, где в ущелье сходились дороги с гор на плоскость. И стали собирать дань со всякого проходящего и проезжающего. Богатели и росли их посёлки, получившие названия по именам братьев: Эги-кеал (ныне Эгикал, первый увиденный мной каменный город), Таргим и Хамхи. Называли себя местные племена галгаями ( г1алг1ай, как бы с ударением вниз после каждой “г”). По одной из версий, “галгай” означает “строитель башни”. Окрепшие роды, вместе с ближними соседями, силой и богатством распространили своё влияние на другие племена и фамилии на восток и запад, а вместе с влиянием и общее самоназвание “галгай”. Позднее галгаи построили у выхода из Ассинского ущелья на плоскость большое селение Онгушт (Ангушт, Ингушт), а по этому названию русские казаки назвали народ ингушами.


Башенный аул Исмаил-Ков (Исмаил-Юрт).

Из Таргимской котловины горная дорога на юго-восток приводит к потрясающему своей неприступностью башенному комплексу Вовнушки, что переводится как “место боевых башен”. На двух рядом расположенных высоких обрывистых скалах возведены одна и две четырехэтажные боевые башни. Помимо крутого, почти отвесного, хорошо просматриваемого из бойниц подъема, башни дополнительно защищены мощными укрепительными стенами и полубоевыми пристройками. По легенде, башни соединялись подвесным мостиком, по которому могла перейти даже женщина с ребёнком. Расположение замка выбрано стратегическое — в узком ущелье над рекой, закрывая незваным гостям единственный в долине путь. Этот редкого изящества архитектурный памятник искусства предков, столь грациозно вписанный в окружающий горный пейзаж, по достоинству оценили потомки: в 2008 году средневековый замок Вовнушки стал финалистом Всероссийского конкурса “Семь рукотворных чудес России”.


Знаменитый башенный аул Вовнушки.

Обыкновенно аулы старинных ингушей состояли из жилых башен, называемых гала (г1ала), в два или три этажа, добротно сложенных из необработанного или грубо тёсаного камня разных размеров. Кровли были плоские, крытые землей. В полу, часто скрытно, устраивали каменные мешки для хранения зерна. Этажные перекрытия делали из толстых балок, закрепленных на центральном каменном столбе, выложенном во всю высоту дома. На первом этаже держали скот, на верхних жили одна или несколько родственных семей, каждая в своём помещении. Домашние вещи хранили в нишах толстых стен. Топили по-чёрному. Цепь для подвески котлов над огнем, которую крепили к потолку, ингуши считают семейной реликвией.

Рядом с селением строили фамильные могильники. В древности были подземные и полуподземные, хорошо сохранились средневековые надземные. В изящество склепов, называемых солнечными могилами (малхыры кэш), ингуши вкладывали уважение к умершим предкам.

Но главным архитектурным совершенством были высокие, в 4-5 и иногда даже 6 этажей, боевые башни воув (в1ов), необходимые для надёжной защиты от врагов, сохранявшие свою неприступность вплоть до середины XIX века. Их возводили рядом с жилыми, или отдельно на стратегических местах. При этом заботились о возможности видеть соседние башни, чтобы весть об опасности быстро разносилась по цепочке ингушских поселений.


Вовнушки, вид со стороны одной из башен.

Галгаи были мастерами строительства башен, справедливо называя себя “искусниками камня”. И всё же возвести боевую башню позволяли себе только влиятельные и богатые фамилии. Помогали все родственники. Выбирая место, призывали гадающего и толкующего сны знахаря. Назначенное место проверяли на плотность, наливая на землю молоко, и если к утру оно просачивалось, копали глубже до более твёрдого слоя. Заранее готовили камень, собирали средства, приглашали лучших мастеров. Работы каменщиков оценивались дорого, в шестьдесят и более быков. Всё время рабочие были на полном обеспечении заказчика, хозяин нёс ответственность за их жизнь и здоровье. За работой строителей зорко следили, чтобы не допустить изъянов. После установки завершающего конусного камня на крыше башни мастер, оставаясь наверху, требовал ещё одного быка, как дополнительную плату за спуск. Закончить строительство было обязательно за один год, иначе башню так и оставляли недостроенной. Боевая башня становилась общей фамильной собственностью всех потомков, и наличие такой башни, как и семейного склепа, было необходимым признаком влиятельности рода среди ингушей. Не имевшие своей доли в боевой башне или фамильном склепе считались менее уважаемыми ингушами, с ними неохотно роднились другие семьи.


Вовнушки, вид с ближней горы.

Глядя на сохранившиеся строгие жилища неприхотливого народа, задумываюсь, как трудно жили в горах ингуши, чего им стоило выживание и продолжение рода. Чтобы вырастить немного хлеба или кукурузы, сначала нужно расчистить достаточный участок от множества камней, выровнять его в виде узких террас, а потом наносить плодородной земли, до нужной толщины слоя, с находящегося далеко внизу берега реки. Но это не единственный раз, приходится поддерживать своё поле постоянно не меньшими усилиями, ведь дожди в иной год немилосердно смывали весь труд горца вместе с посевами. Так же и в скотоводстве: снежная зима требует заготовить сено. У кого-то есть хорошие луга в обильных низинах, но и оттуда скошенное сено надо доставить, а сложные горные тропы иногда позволяют использовать только вьючный транспорт и собственную спину. Другим приходится растить корм животным на своих узких полях не легче, чем хлеб.

Врождённое у ингушей трудовое упорство встречал на каждом шагу: в домах, где меня принимали, в любой детали заметны аккуратность и тщательные руки хозяина, спланировавшего и построившего своё жилище. В детском спортивном зале, фотографируя занятия боксом, удивлялся неутомимости увлечённых мальчишек.


В детском клубе бокса, Назрань.

Многие столетия, в условиях отсутствия центральной власти, судов и прочих полицейских, свободолюбивый народ управлял внутренними отношениями, опираясь на сложные устойчивые традиции, называемые “законами гор”, передаваемые из поколения в поколение. Прежде всего это законы гостеприимства и кровной мести. Сегодня многие, не оглядываясь на изменившиеся условия жизни, скажут, что гостеприимство — однозначно хорошо, а кровная вражда — однозначно плохо. Однако всему своё время и всякое дело имеет две противоположные стороны. Например, тогда, в замкнутом обществе, страх кровной мести скорее укрощал излишнюю агрессию, успокаивая многие возбуждённые головы в отсутствие прочих сдерживающих сил. Месть, надеюсь, уже в далёком прошлом, а вот традиции гостеприимства оказались более устойчивыми и сохранились в обществе ингушей.


Секция бокса, Назрань.

С гостем делились лучшим, что хранили на такой случай, ограничивая себя. В домах среднего достатка содержали отдельную, всегда прибранную комнату для гостей, кунацкую, а богатые ингуши строили ещё дом, чтобы с шиком принимать дорогих кунаков. Что понравилось гостю, дарили. Кстати, одариваемый обязан ответить равноценным даром. Однако, радушный приём гостя свойственен и многим другим народам. Вспоминаю из детства, в восточной Германии: были у друзей-немцев, понравилась мне красивая копилка-домик, с открываемой ключиком дверкой, и хозяева её тут же подарили.

Обычай ингуша сложнее и накладывает строгие обязательства: хозяин несёт ответственность за жизнь гостя, пока тот не прибудет в место, куда намеревался следовать из дома хозяина; если вдруг гость оказался сбежавшим убийцей, и справедливая погоня у дверей приютившего его дома требует выдачи преступника, хозяин обязан не выдавать беглеца, а с оружием защищать его как себя; если гостем оказался кровный враг, хозяин обязан исполнить свой долг сполна и отпустить гостя невредимым. Всякий, в подобных случаях недостаточно твёрдо исполнивший долг гостеприимства, ставил себя вне уважения ингушского общества.


В доме Харсиевых, старший сын Алихан. Аул Ляжги, Джейрахский район.

Защищённые от значительных влияний извне труднопроходимыми горами, ингуши жили неизменными традициями, общаясь с соседями и перенимая у них что-либо в меру необходимости. Но с ростом населения на обжитом месте становилось тесно, и в XVIII веке горцы вышли на плоскость осваивать новые территории, о чём рассказывает легенда:

“Вышел из гор, из селения Онгушт, ингуш по имени Орцха Кэрцхал, из потомков Малсэга, и первый поселился на берегах “матери Назрани”, сердца теперешней равнинной Ингушетии. Желая основать здесь поселение, он привёл предназначенного для жертвы белого быка и стал молиться. Во время молитвы бык сам встал на колени, и с неба полил дождь, что было проявлением милости божества и служило предзнаменованием, что эта местность не будет взята с боя врагами. Здесь Кэрцхал и основал Назрань. Сам он был богатырь: руками крутил мельничное колесо и, положив путы на коня, один поднимал его с земли. За занятую землю воевал Кэрцхал с чеченцами, осетинами и кабардинцами и ни разу не выпустил из своих рук Назрани. Мало-помалу враги стали водить с ним дружбу, а ингуши стекались к нему из гор и селились рядом”.


В доме Харсиевых, мать семьи Радихан. Аул Ляжги, Джейрахский район.

Необходимость бороться за плодородные земли на равнине сплотила ингушей в единый народ, а неотступное давление воинственных соседей заставило искать защиты у сильной России. Последующие десятилетия первой половины XIX века, кавказские войны, вольные и невольные переселения на равнину, многое изменили в жизни ингушей. В горах осталась лишь пятая часть населения, а переселившиеся на плоскость семьи осваивали новые способы хозяйствования. Вошедшие в их жизнь товарно-денежные отношения и государственная власть меняли привычные законы гор на гражданские механизмы управления. Кровомщение мешало развивающейся торговле и отходило на второстепенную роль, стираясь временем.

До наших дней ингуши сберегли добрые обычаи: уважение к старикам, память о предках и гостеприимство.

Любой ингуш знает своих отцов, как называет предков, по именам и достоинствам до восьмого и даже десятого поколения, и с удовольствием расскажет о многих. Например, познакомившись с Мальсаговыми, потомками известной в республике фамилии, узнал о славных людях и героях рода: Орцхе Кэрцхале, основателе Назрани, Заурбеке Мальсагове, авторе первого ингушского алфавита, Созерко Мальсагове, участнике единственного побега из Соловецкой тюрьмы. Рассказы о них полны интересными подробностями истории народа.


В доме Харсиевых, Алихан по праву хозяина режет мясо. Аул Ляжги, Джейрахский район.

Гостеприимство, которое встретил, побывав в нескольких семьях, представляет собой ещё и определённый этикет, особенно в горных аулах. В одном доме оказался незванно, привели срочные дела моих проводников, а потому увиденное стало наиболее интересным. Так часто и было: гость появлялся неожиданно, и хозяин, по обычаю, должен быть готов к событию. Кухня ингушей по этой причине сложилась из простых и быстрых в приготовлении блюд. Попытка отказаться от приглашения, мол, мы на пару минут только по делу, конечно же, оказалась бесполезной. Нас, меня и обоих проводников-ингушей, усадили в удобные кресла и диван в светлой комнате, быстро принесли стол, накрыв его белой скатертью, и стулья. Хозяин сел с нами, разговаривать. Младшие братья, ещё несемейная молодежь, любопытно заглядывали, но к нам не присоединялись. В открытую дверь видна кухня, где энергично, иногда бегом, женщины — мать, жена и сестра хозяина — готовили угощение. Уже через пять минут на столе появились первые блюда, предварительные, мёд, хлеб, сметана, сыр, творог, варенье, чай, чтобы гости не томились, пока готовится основная еда — мясо. Всё домашнее, натуральное, даже хлеб. Неспешно беседуем, легко находим интересные общие темы. Через полчаса готово главное блюдо. Мясо, говядину или баранину, часто и птицу, здесь варят. Бульон подают отдельно в чашках, и обязательно солёный чесночный соус. Мясо макают в чеснок, запивают бульоном. Иногда бульон пьют уже после мяса. Кто-то смешивает чеснок с бульоном и использует как жидкий соус. К мясу обязательны хлебные или кукурузные лепёшки или галушки. По этикету, мясо на общем блюде хозяин режет и раскладывает по тарелкам, выбирая лучшие куски в порядке старшинства и важности гостя, и потом снова подкладывает аппетитный кусок взамен съеденного.


В доме Харсиевых, мать семьи Радихан с внуком Турпал-Али. Аул Ляжги, Джейрахский район.

После еды, сдвинув стол в сторону, продолжаем разговор. Расспрашивают о семье — это самое важное, после о прочем. Узнав, что я фотограф, зовут всех, младших и старших, сфотографироваться на память.

Опора на обычаи и следование тонкостям этикета даёт простым ингушам уверенность, спокойствие и тактичность в приёме незнакомого гостя, как и вообще в разных ситуациях.


Семья Харсиевы: Братья Юсуп и Алихан, невестка Хава, брат Харон, сестра Хава, мать Радихан с внуком Турпал-Али, отец Султан-Гири.

За последние два столетия цивилизация вместе с благами принесла на Кавказ потрясения и перемены, растворила многие небольшие народности среди сильнейших соседей. Ингуши, один из самых малочисленных здесь народов, пережили продолжительные войны и жестокие репрессии. Сохраняя традиции и законы общества, по которым жили предки, ровно как и память об отцах, крепко сплочённые ингуши преодолели трудности и сберегли себя и свою национальность.

______________________________________________________________________________________________

В заключение слова благодарности людям, пригласившим меня в Ингушетию, сопровождавшим в поездке по республике, рассказавшим много интересного о народе и его истории, подарившим замечательные редкие книги, принимавшим меня в своих домах:

Мальсагов Батыр, Мальсагов Хасан, Мальсагов Тамерлан, Мальсагов Тимур, Мальсаговы Салман и Нина, Хамхоев Беслан, Местоев Макшарип, Шанхоев Беслан, семья Харсиевы.

Спасибо, дорогие друзья, за вашу помощь, душевное тепло и терпение!

Автор Олег Смолий. Источник.

Электронное СМИ «Интересный мир». 28.11.2013