Home 1 Человек 1 Взрослые дети: два кризиса возраста

Взрослые дети: два кризиса возраста

Возрастной кризис (кризис возраста) в психологии – тема, на которую говорили и писали многие психологи-классики. Иногда кажется, что на тему возрастных кризисов не высказывался только ленивый. Написано и сказано было много. Поэтому мы не будем рассказывать о возрастном кризисе (кризисе возраста) то, что вы можете сами прочитать в Интернете. Также мы не будем дискутировать на тему многочисленных классификаций возрастных периодов и кризисов возраста. Мы просто расскажем от двух типичных кризисах возраста, которые мы, как психологи-практики, наблюдали у многих наших клиентов, и, возможно, эта информация поможет вам чуть-чуть разобраться в себе и своей жизни.

Термин возрастной кризис (кризис возраста), на наш взгляд, не очень удачен. Вообще, мы подозреваем, что кризисов именно возраста не существует в принципе. Возраст не главное. Кризисы возникают, как результат пережитого, и как необходимость менять свои взгляды на жизнь и необходимость менять свое поведение. Просто многие люди переживают сходные вещи примерно в одном и том же возрасте – отсюда и название: возрастной кризис, или кризис возраста.

По нашим наблюдениям, взрослые дети в отношениях с родителями часто переживают два значительных психологических кризиса.

1. Кризис образования и воспитания настигает многих наших клиентов в возрасте около 30 лет. Родители учили своего ребенка тем формам социальной адаптации, которые сами считали правильными и эффективными. Базой являются ценностные ориентации и социальные установки. Например, учиться – хорошо; беспорядочный секс – плохо; чрезмерное пьянство – опасно; делать карьеру и зарабатывать деньги – путь к успеху и т.п. Параллельно родители учили ребенка способам социальной деятельности. Например, учиться желательно в институте; секс должен быть по любви; выпить можно по выходным и немного; карьеру лучше делать в офисе серьезной компании, проявляя трудолюбие и ответственность.

В общем-то, в определенных условиях и определенном возрасте большинство родительских «прописных истин» вполне адекватны. Но адекватны чему? Времени в жизни страны и конкретному возрасту ребенка. Ребенок вырастает. Время и социальная реальность в жизни страны меняются. Меняются общественные оценки. Меняются способы достижения успеха и поиска счастья.

Спекуляция становится коммерцией, и из юридически наказуемого деяния становится способом достижения успеха и средством прокормить семью. Работа долгое время на одном месте в одной должности из увлеченности и преданности делу становится неспособностью развиваться и делать карьеру. Эпатаж и сексапильность начинают трактоваться не как вульгарность и распущенность, а как артистичность, популярность, востребованность и «звездность». И кстати, Стив Джобс и Билл Гейтс – оба не получили полноценного высшего образования, и это не помешало им оставить заметный след в истории, стать успешными людьми и управлять армией специалистов с высшим образованием.

Кроме того, к взрослому человеку предъявляются иные требования, по сравнению с ребенком. Сексуальная зажатость: у девушки – это скромность и приличное поведение; у молодой жены – «бревно в постели» и неспособность порадовать мужа, уставшего после работы и содержащего семью; у светской львицы и куртизанки – «профессиональная непригодность». Если мальчик увлечен техникой и целыми днями мастерит что-то в папином гараже вместе с друзьями, то это – увлеченный «юный техник»; молодой мужчина – лентяй, который не учится и не работает; пожилой мужчина – как правило, старый алкоголик и безответственный человек.

Конечно, не всё и не всегда так. Мы хотели донести и проиллюстрировать следующие мысли:

Так или иначе, взрослый ребенок своих родителей почти неизбежно сталкивается с крахом надежд, а его родители – с крахом своих ожиданий от ребенка. Учили, как лучше – получилось, как всегда! Воспитанные ценностные ориентации и социальные установки покачнулись. Усвоенные способы поиска счастья и достижения успеха не приводят к желаемому результату. Наступает кризис образования и воспитания.

И вот тут взрослый около 30-летний ребенок обращается к своим родителям: либо лично (если есть такая возможность), либо к виртуальному образу своих родителей внутри себя. И взрослый ребенок спрашивает: «Мама, папа! Почему так получилось?»

Далеко не всегда мама и папа еще живы. Далеко не всегда мама и папа хотят говорить со своим взрослым, около 30-летним ребенком на эти темы. Далеко не всегда мама и папа способны в этой ситуации сказать что-либо дельное… Но в самом лучшем случае, ответы родителей (реальных или виртуальных в случае мысленного диалога) сводятся, как правило, к двум пунктам:

А) «Мы тебя в муках родили, поднимали тяжело (отказывая себе во всем), кормили, учили, воспитывали. И тут время поменялось: революция, чума, холера, перестройка Горбачев и всеобщая компьютеризация, — в общем, мы воспитывали тебя хорошо и правильно, но старый мир рухнул, и мы тоже пострадали, вот и ты, наш любимый ребенок, оказался в этом новом жестоком мире несправедливо недооцененным. Но это мир плохой стал, а учили мы тебя хорошо!»

Б) «Мы тебе говорили: «Принесешь в подоле – прокляну!» или «Учись сынок – человеком будешь!»? Так это ж когда было?! Тебе ж 14-ти еще не было! А что нам было тебе говорить: что секс – хорошо и приятно, а учеба не всегда приносит деньги??? Ну, мы говорили тебе то, что положено говорить детям этого возраста… А теперь ты взрослый, теперь всё по-другому. Сам должен понимать!»

И в том и в другом случае, взрослый ребенок сталкивается с тем, что вся система его представлений и жизни и способов достижения успеха (поисков счастья) начинает рушиться – наступает кризис образования и воспитания.

Дальше многое зависит от того:

А) насколько взрослый ребенок своих родителей сохранил детскую пластичность и способность менять свои взгляды на жизнь и поведение;
Б) каковы отношения взрослого ребенка со своими родителям (поймет и оправдает он их или причислит к виновникам и врагам);
В) насколько внешние социальные условия благоприятны для позитивных изменений человека, переживающего кризис образования и воспитания.

Если все эти три пункта неблагополучны, то взрослый около 30-летний ребенок может на долгие годы застрять в тяжелом психологическом кризисе, испытывая чувство обиды на родителей и обстоятельства, чувство социальной несправедливости по отношению к себе, фрустрацию, депрессию или агрессию. И в общем, работа с психологом в этом случае будет нелишней.

2. Кризис партнерства и доверия настигает многих наших клиентов в возрасте около 40-45 лет. К этому времени большинство взрослых детей уже чего-то достигают в жизни, а родители постепенно начинают стареть. Однако многие стареющие родители скопили к этому времени значительные жизненный опыт и(или) материальные ресурсы. А их взрослые 40-45-летние дети часто еще отстают от своих родителей и по жизненному опыту, и по материальным ресурсам.

Большинство взрослых детей 40-45 лет испытывают ту или иную степень привязанности к своим родителям и сохраняют с ними хоть какие-то контакты (кстати, если ребенок ненавидит своих родителей – это тоже форма привязанности). Большинство взрослых детей 40-45 лет сталкиваются с границами (или даже потолком) своих возможностей: финансовую империю построить не удалось; личная и сексуальная жизнь сложилась не так, как хотелось; счастья за тридевять земель от родительского дома найти не удалось. У взрослых детей к этому возрасту снижаются тенденции протеста на родителей, да и стареющие родители начинают меньше давить на своего 40-45-летнего ребенка. К тому же, стареющие родители начинают больше нуждаться в заботе. В результате всего этого, происходит закономерное психологическое сближение людей разных поколений и взглядов на жизнь – родителей и детей.

И вот здесь многие взрослые дети снова приходят к своим родителям с вопросом: «Мама, папа! Почему так получилось в моей жизни?» Или приходят с предложением: «Мама, папа! Давайте я буду о вас заботится, а вы поделитесь со мной имуществом».

К этому времени стареющие родители начинают вплотную сталкиваться со страхом смерти. Отношения между родителями и детьми не являются равными, поэтому в большинстве случаев родители не считают возможным открыто заявить детям о своих переживаниях: страх смерти, усталость от боли и болезней, разочарованность в жизни, сексуальная неудовлетворенность, конкурентные чувства по отношению к молодым и сильным, депрессия, агрессия и т.п.

И тут на фоне этих сдерживаемых и подавляемых (а потому гипертрофированных) чувств, в родительской жизни появляется взрослый 40-45-летний ребенок с фразой, например: «Мама! А почему я от мужа не испытываю оргазма, от молодого инструктора фитнес-клуба испытываю? Я же мужа люблю!» или «Мама, папа! Что же вы не тому меня в жизни учили?! Я же из-за вас теперь всю жизнь работаю за копейки!» или «Папа! Отдай мне свою машину, тебе же уже, всё равно, за рулем ездить трудно. Я тебе за кефиром съезжу и в поликлинику отвезу, ты же, всё равно, старенький!»

Конечно, не всё и не всегда так. Мы хотели донести и проиллюстрировать следующие мысли:

Психологические отношения родителей и детей никогда не будут равными в представлении родителей. Это односторонняя доверительность – даже очень взрослые дети часто могут сказать родителям самое сокровенное, а большинство родителей не считает возможным рассказать даже очень взрослым детям о своих страстях и тайных желаниях. Вот почему попытки взрослых 40-45-летних детей задать очень важные (иногда острые, иногда неприличные, иногда обвиняющие) вопросы часто наталкиваются на раздражение и отчуждение родителей.

Стареющим родителям закономерно надоело «подтирать сопли» своим взрослым детям. Им хочется внимания к себе и своим переживаниям, а со стороны детей они получить этого не могут. Им хочется яркой полноценной жизни, а со своими взрослыми детьми им это кажется и невозможным, и скучным. Кроме того, материнский и отцовский (если он вообще существует) инстинкты у стареющих родителей к этому времени значительно ослабли, и взрослые дети на фоне собственных переживаний и проблем часто воспринимаются стареющими родителями, как конкуренты (чувство враждебности) или молодые сильные счастливчики (чувство зависти).

Конечно, хорошо воспитанные родители никогда не скажут своим детям об этих чувствах. Более того, родители стараются эти чувства подавлять и контролировать. Но это не означает, что эти чувства никогда не возникают, прорываясь сквозь волевой контроль. Все живые существа хотят жить, и жить хорошо. Наши родители не исключение…

Наталкиваясь на отчуждение, враждебность, зависть, недоверие, сексуальность и агрессивность у своих родителей, взрослый 40-45-летний ребенок сталкивается с очередным крушением идеализированных представлений о своих родителях; с крушением представлений о том, что дети для родителей навсегда остаются детьми или хотя бы просто родными людьми.

Взрослый 40-45-летний ребенок сталкивается с тем, что ему не доверяют, как чужому; отталкивают, как конкурента; и даже иногда агрессируют, как на врага. Наступает психологический кризис партнерства и доверия. Взрослый ребенок понимает, что родители ему не доверяют, и что сам он уже тоже вряд ли будет доверять родителям. Взрослый ребенок понимает, что детско-родительской семьи, как доверительных человеческих и социальных отношений со стареющими родителями уже не получится – и в психологическом смысле, он сирота.

Дальше многое зависит от того:

А) насколько хорошими были отношения с родителями ранее, например, в детстве;
Б) насколько взрослый 40-45-летний ребенок счастлив в своей собственной семье;
В) насколько взрослый ребенок крепко стоит на ногах в своей социальной жизни;
Г) насколько взрослый 40-45-летний ребенок готов принять стареющих родителей такими, каковы они есть, и быть милосердным, великодушным, заботливым.

Если все эти четыре пункта неблагополучны, то взрослый 40-45-летний ребенок может на долгие годы застрять в тяжелом психологическом кризисе, в психологической войне со стареющими родителями, в депрессии и в агрессии на родителей. И это уже весомо, чтобы обратиться к психологу.

Конечно, мы не утверждаем, что всё у всех и всегда так. Если у вас лучше, значит вам повезло, и мы за вас рады. Но значительное количество подобных случаев за годы психологического приема наводит нас на мысль, что описанное выше встречается довольно часто.

Авторы психологи Игорь и Лариса Ширяевы. Частная психологическая мастерская «Успешные мозги».

Электронное СМИ «Интересный мир». 16.03.2015