Home 1 Туризм 1 «Путешествие – это такая форма паломничества без внешних атрибутов религии…»

«Путешествие – это такая форма паломничества без внешних атрибутов религии…»

В детстве Федорович Андрей мечтал стать гималайским йогом. Вместо этого он стал профессиональным путешественником. Федорович Андрей не работает в офисе с 9 до 18, список посещенных им мест вызывает душевный трепет, о пережитых им приключениях можно слушать часами. Но разве мало мечтателей и романтиков бродит по планете, называя себя профессиональными путешественниками?! Этим сейчас никого не удивишь.

Федорович Андрей приятно удивил нас тем, что путешествие для него не коллекционирование новых впечатлений и не бегство от рутины оседлой жизни, а способ изменения своей личности, т.е. жизненный Путь. Поэтому и говорили мы с Андреем не столько об экзотических местах и ярких впечатлениях, сколько о человеческой жизни – о Пути, который у каждого свой.

«Интересный мир»:
Вы создатель клуба путешественников «Миры». На сайте клуба о вас написано: «профессиональный путешественник». Предполагаю, что это написано, как минимум, с вашего ведома. Но ведь, строго говоря, профессии путешественник не существует. Существуют профессии: географ, журналист, туристический менеджер и другие, связанные с поездками, путешествиями, командировками… Профессии путешественник не существует – это хобби и вид деятельности. Для чего вы используете придуманную профессию, и что вы хотите сказать людям этими словами?

Федорович Андрей:
Ну, во-первых, непонятно, кто выдумывает профессии, и где это «знание» – какой профессии быть, а какой нет – зафиксировано? Конечно, в прошлом, особенно в советское время, мы точно знали, кто и кем работает, сколько времени нужно проводить на рабочем месте, и где и сколько этой профессии обучают. Сейчас мы живём в очень странное время. Каждый день возникают новые профессии, и очень часто названия и смысл этих «профессий» кажутся нам чудными или даже нелепыми. Можно сказать, что, следуя этой логике, моя «профессия» — отражение мира, в котором я живу, путешествую и который я исследую…

Во-вторых, в наше время появилось много людей, которые зарабатывают не тем, что производят материальные, интеллектуальные или духовные ценности, а тем, что вся их жизнь представляет собой ряд событий, привлекающих к себе общественное внимание, а значит имеющих стоимость. Их можно назвать профессиональными шоуменами – ибо это самый востребованный продукт в нашу безумную эпоху. Посмотрите вокруг – таких людей много повсюду. Да и шоу бывают совершенно разного рода. Почему бы нам не придумать шоу под названием «путешествие»? Или «путешественник»?

Ну, и наконец, профессия – это то, чем ты зарабатываешь на жизнь. Мне было бы сложно выделить то, чем иной раз мне приходится и приходилось зарабатывать, путешествуя. И хотя в последнее время это, в основном, профессия гида и инструктора, но очень часто приходится работать географом и этнографом, искусствоведом и религиоведом, культурологом и психологом, фотографом, видеографом и журналистом, нянькой и разнорабочим. И уж в любом случае, название моей профессии – в кавычках или без – это отражение моего мировоззрения и моего стиля жизни, назвать это хобби или просто видом деятельности – язык не поворачивается.

«Интересный мир»:
О вас также пишут: «с детства бредил путешествиями и приключениями… мечтал улететь к дальним созвездиям, уехать жить в Гималаи или примкнуть к индейцам Северной Америки в их борьбе за независимость». Но ведь путешествия и общественно-политическая или даже вооруженная борьба народа за независимость – это очень разные сферы деятельности. На одной чаще весов романтика дальних дорог, а на другой политика, кровь, деньги. Если бы ваша мечта о путешествиях не сбылась, чем бы вы занимались в жизни? Ушли бы в политику? Есть ли у вас запасной вариант, «запасная мечта»?

Федорович Андрей:
Это был общий флёр романтизма и идеализма, с которого всё начиналось и который, в той или иной степени, так и остался знаменем моей жизни. Мой дедушка был революционер, но сам я политику никогда не любил. Наверное, я бы мог примкнуть к какому-нибудь освободительному движению, но лишь до тех пор, пока «чистоган» не перекрыл бы благородных мотивов и не подчинил тех, кто пошёл за очередной красивой идеей.

Моя жизнь уже сложилась так, что после мореходки и армии я ушёл в страховой бизнес и стал заниматься страхованием крупных рисков: перестрахованием, страхованием нефти и газа. И прожил в этом более десяти лет своей жизни, сделав вполне успешную карьеру. Но если говорить не о том, куда толкала меня жизнь, а о том, к чему стремится моя душа, как вы сказали к «запасной мечте», то, конечно, такая мечта есть.

Когда-то в 11 лет, я прочёл книгу Сельварджана Эссудиана и Элизабет Хайч «Йога, объединяющая Восток и Запад» и возмечтал стать гималайским йогом. После этого я глубоко увлёкся восточной философией и культурой. Конечно, я бы с удовольствием отдал себя изучению восточных языков и более глубокому изучению культуры и философии Востока. На данный момент уже есть много материалов, которые требуют внимания, осмысления и выводов. Думаю, если бы у меня появилось свободное время, я бы постарался изложить это в виде книги.

«Интересный мир»:
Даже самая замечательная реальность, все-таки, отличается от мечты и фантазии. Мечтают быть путешественниками многие, реально много путешествующих людей значительно меньше. И дело не только в деньгах. У людей появляются другие цели в жизни – это то самое: посадить дерево, построить дом, вырастить ребенка. Какие для вас лично есть минусы в том, что вы путешественник. Что вы не сделали в жизни: не посадили, не построили, не вырастили? Как вы думаете, какие, в принципе, есть минусы этого занятия — путешествия?

Федорович Андрей:
Ооо-о-о-о!.. Наш мир столь необъятен, что ответить на вопрос «что ты не сделал?» практически невозможно. Для этого не хватит страниц ни одной книги. У меня никогда не было желания работать с 9 до 6 или «построить дом». Мои мысли всегда вращались в сферах интеллектуального или героического. Хотя в последнее время ко мне всё чаще приходит уверенность, что я мог бы быть полезен и в образовании, и в науке, и в бизнесе, и в творчестве. И если говорить, чего мне сейчас не хватает, то, пожалуй, больше всего мне не хватает времени. В первую очередь времени для творчества и познания.

Что же до прочих минусов, то их, конечно же, достаточно. Самое сложное это возвращаться… В путешествии, особенно в длительном, вырабатывается особый ритм, и его несложно поддерживать, если ты научился это делать, но вот перестраиваться с этого ритма на ритм оседлой жизни в социуме – процесс очень болезненный. Как я упомянул выше, путешествие не даёт времени для глубокой концентрации над какой-нибудь одной задачей, мне этого не хватает. Ну, и, конечно же, путешественники никогда не бывают людьми большого материального достатка. С одной стороны, это даёт лёгкость и свободу, с другой – определённые ограничения и трудности в социуме, пока ты с ним связан.

«Интересный мир»:
Вы сказали «пока». Допускаете мысль, что когда-нибудь ваша связь с социумом изменится, уменьшится или вообще разорвется? Например, вы уйдете в буддийский монастырь, станете затворником-ученым, будете играть в шахматы сами с собой, как знаменитый Бобби Фишер? Или вы о том неизбежном, что ждет всех нас – о смерти?

Федорович Андрей:
Классическая модель жизни почти любого традиционного общества веками предполагала, что долг мужчины после того, как он исполнит свои мирские обязанности — удалиться, предавшись созерцанию и мыслям о Высшем. Чуть ранее я упомянул, что в 11 лет захотел стать гималайским йогом… Это никуда не ушло. Конечно, мне сложно пока сказать в какую форму выльется это вполне естественное стремление в моём случае. Сейчас среди «продвинутой» публики очень популярно мнение о том, что подобный сценарий — это бегство от реальности, а действительно духовная личность должна и может действовать в самой гуще событий. При том, что в этом утверждении есть доля правды, чаще всего я рассматриваю его, как спекуляцию, призванную скрыть привязанность к материальным основам существования. По факту я не видел ни одного человека, которого действительно можно было бы назвать достигшим какого-то уровня реализации, среди тех, кто транслирует подобную точку зрения. Со своей стороны, могу только добавить, что не одиночество, но уединение — единственный разумный способ существования для того, кто стремится постичь гармонию и сущность бытия… даже если это уединение не связано с физической изоляцией от общества.

«Интересный мир»:
Вы много путешествуете и мало проводите времени дома, а я много общаюсь с путешествующими людьми. И вот многие путешествующие рассказывают мне похожие вещи. Например, вернулся человек из путешествия, а жена за это время ушла к другому, потому что ей надоело жить, по сути, одной. Или бродишь по горам, и тебе от любимой женщины приходит СМСка: «У меня родился ребенок», причем ты понимаешь, что, наверное, от тебя родился, но тебя в момент рождения ребенка рядом не было, и неизвестно точно, когда ты вернешься. Или ты вернулся, а за время твоего отсутствия умер твой отец, так и не дождавшись путешествующего сына, чтобы попрощаться. Это всё реальные непридуманные истории. И вот у меня вопрос: как ваши путешествия и образ жизни путешественника сказывается на отношениях с близкими, с родителями, с девушкой (женой), с ребенком, друзьями?

Федорович Андрей:
М-да-а-а… не в бровь, а в глаз… ей Богу! Не стал упоминать об этом выше, но это действительно больная и сложная тема. Два года назад, как я ни спешил, но не успел попрощаться со своей мамой. Самолёт приземлился ровно через шесть часов после того, как она оставила тело… Я тоже семейный человек, у нас с женой две очаровательных дочери. Правда, мне повезло, и моя жена Катя очень любит путешествовать. Мы очень много путешествуем вчетвером. Старшая – Ариана, ей 7 лет – уже опытная путешественница и объехала с нами пол-Азии и часть Европы, в три месяца впервые отправилась в Индию, училась ходить по Великой китайской стене, проехала вдоль и поперёк Индию, Китай, Вьетнам, Малайзию, Бирму, Непал, Таиланд и Камбоджу. Младшая – Арсения, ей 4 года – тоже постоянно путешествует с нами. Но и в этих условиях, конечно же, не обходится без обид, конфликтов и недопониманий. Пока мне удаётся сводить концы с концами, но это действительно непростая тема для путешественника.

«Интересный мир»:
Есть ли такие места на планете, в которые вы мечтаете попасть, но в настоящее время это очень трудно или даже невозможно для вас? Например, вершина горы, но не хватает физической подготовки или здоровья, чтобы на нее взойти. Или, например, страна, в которую трудно попасть по политическим причинам. Или, например, интереснейшее место, но денег на него нет. Есть ли такие точки на планете, которые вам недоступны? Расскажите о своих несбывшихся пока мечтах.

Федорович Андрей:
Безусловно!!! Я очень хочу всерьёз заняться высотным альпинизмом, но на это нет времени, как раз по причине описанной выше – нужно уделять внимание семье, ведь и так меня подолгу не бывает дома. Очень хочется осуществить несколько серьёзных мото-путешествий по Азии. Ждёт своего часа велосипед, параплан и фридайвинг. Есть задумки серьёзных экспедиций, но последнее не даёт быстрого заработка, а значит, приходится откладывать в долгий ящик. Из мест, в которых я не был, и куда меня зовёт моё сердце: Аляска, Патагония, некоторые удалённые районы Африки, Индонезии и Амазонии, некоторые горные районы Пакистана в Каракоруме. Есть несколько задумок о первопрохождении. Очень много мест и много маршрутов. Мир безграничен и удивителен. А для настоящего приключенца и ищущего исследователя он открывает почти безграничные возможности!

«Интересный мир»:
У вас огромный личный опыт путешествий. Но личный опыт и образование – это разное. Есть ли у вас ощущение, что недостаток профильного образования в сфере биологии, географии, туризма, лингвистики, культурологии и т.п. как-то вас ограничивает, как путешественника? Проще говоря, нет ли ощущения, что личные впечатления – это всё хорошо, но вы смотрите на мир поверхностными глазами человека без глубокого разностороннего образования? И если да, как вы с этим живете?

Федорович Андрей:
И да, и нет… Конечно же, всегда есть ощущения нехватки знаний, умений и навыков. В первую очередь, лингвистических. Не хватает знаний по биологии, ботанике. Всегда есть желание идти дальше и учиться, учиться, учиться…

С другой стороны, я стараюсь использовать любую свободную минуту, чтобы читать профильную литературу и углублять свои знания в избранной области. Я почти не читаю художественную литературу. Напротив, читаю путевые очерки известных путешественников, книги по философии, этнографии, культурологии, истории. Интересуюсь поэзией, музыкой, живописью и традиционными ремёслами народов Азии.

Всё-таки, увлечение Востоком и изучение азиатской культуры в течение более чем 20 лет худо-бедно даёт свои плоды: хотя меня, наверное, ещё нельзя полноценно назвать востоковедом (в первую очередь из-за лингвистических пробелов), я без лишней скромности довольно неплохо ориентируюсь в материале и, главное, мне интересно браться за новые для себя темы и открывать новые горизонты. В сотрудничестве с одной московской площадкой мы даже замышляли проект цикла лекций об азиатской культуре и исторических путях её развития. У меня вполне достаточно материала для такого цикла.

«Интересный мир»:
Что является результатом ваших многочисленных путешествий? Заработанные деньги? Сделанные фотографии? Снятые фильмы? Контакты с людьми? Количество посещенных мест на планете? Калейдоскоп эмоциональных впечатлений?

Федорович Андрей:
Это, безусловно, интересный вопрос. И я сам, и мы совместно с членами клуба не раз пытались вывести квинтэссенцию, формулу этого результата. Мы иногда спорим, но чаще всего сходимся на том, что это опыт, экспириенс: эмоциональный, интеллектуальный или духовный — не важно. Важен тот след, который он оставляет у тебя в душе и то, как он влияет на вектор твоего пути и развития.

Каждое путешествие – это маленькая или большая жизнь. Если оно не несёт ничего кроме картинок и денег, если оно не влечёт изменений для твоей личности, то это не путешествие, а туризм или бродяжничество, и тогда я должен быть немедленно разжалован со своего высокого звания «путешественник». Можно сказать, что путешествие – это такая форма паломничества без внешних атрибутов религии. И ещё мне нравится этимология слова: путешествие = шествовать по Пути.

«Интересный мир»:
Путешествия — это не только интересные впечатления и определенная свобода от работы в офисе по расписанию. Это еще и риски: болезни (часто экзотические для нас и трудно излечимые), риски ограблений и убийств (ведь путешественник – это легкая добыча, «кошелек на ножках»), травмы в труднодоступных местах, проблемы с местным законодательством. С какими рисками и какими опасностями вам приходилось сталкиваться? Каковы были последствия? Что вы можете посоветовать другим путешественникам, кроме банального – быть оптимистом и верить в себя?

Федорович Андрей:
Да, конечно… И мне лично, и ребятам из нашего клуба приходилось сталкиваться практически со всем, что вы только что описали. Было у нас и жёсткое ограбление в Латинской Америке со стрельбой и взятием заложников, были случаи заболеваний и травм, хотя и – слава Богу – без тяжких последствий, были случаи эвакуации в горах, были проблемы, связанные с недопониманием местных условий, которые стоили нам денег, сил и времени. Приходилось выживать в горах в ночных условиях на холоде без еды и тепла, выходить из ситуаций и регионов в сложных погодных условиях. Нам приходилось искать наших заблудившихся товарищей в незнакомых местах, нас кусали гады и мошкара в тропических лесах, мы попадали в забастовки шахтёров в Боливии и маоистов в Непале, опаздывали на рейсы авиакомпаний с необходимостью выкручиваться из ситуации без языка и денег, тонули в грязи в джунглях, в прошлом году ребята из клуба попали в самый эпицентр землетрясения в Непале… об этом можно писать и рассказывать довольно долго.

Что делать, чтобы этого не происходило, или как минимизировать последствия? Учиться, учиться, учиться… Не пренебрегать мелочами и не жалеть времени на подготовку. Быть внимательным к себе и к окружению. Не терять контакта с реальностью. Учиться быть здесь и сейчас. Психологически проигрывать возможные сценарии и не бояться идти прямо к цели. Не зацикливаться на мелочах и опираться на внутреннее чутьё. Не упускать удачу, когда она идёт к тебе в руки. Не терять чувства меры и не бояться брать на себя ответственность.

«Интересный мир»:
Давайте о хорошем. Расскажите о каком-нибудь очень веселом или очень позитивном случае, который случился с вами в путешествии.

Федорович Андрей:
Это было во время путешествия по провинции Сычуань в КНР. Было это во времена, когда оффлайн переводчиков ещё не было, а я ещё не знал и половины тех слов на китайском, которые знаю сейчас. Мы приехали в удалённую горную деревню на северо-западе провинции в префектуре Аба и заселились в довольно бедном постоялом дворе, где никто не говорил по-английски. Мы были единственными постояльцами. Жестами и при помощи разговорника с иероглифами мы сумели заказать ужин. И тут мы столкнулись с проблемой. Мы смогли заказать ряд достаточно экзотических блюд, но «погорели» на главном…

Можете себе представить китайский разговорник, в котором бы не было слова и иероглифа «рис»?! Там было всё, что угодно: от «баклажан со вкусом рыбы» до детских подгузников, но слова РИС не было НИГДЕ. По правде говоря, мы не были готовы к такому обороту. Рис в китайских ресторанах вообще-то появляется по умолчанию. По факту заказа меню, как и чай. И мы как-то не были готовы к такому повороту и за прошедший месяц путешествия даже не удосужились попросить кого-нибудь из знакомых китайцев написать это слово на бумажке. А тут столпившаяся вокруг нас обслуга в количестве пяти пар мило улыбающихся раскосых глаз упрямо не желала понимать, что мы от них хотим. Мы включили всё наше искусство жестикуляции и образной декламации, рисовали рис на салфетках и в блокноте в виде колосьев, в виде рисовых полей, где прилежные китайцы трудятся по колено в воде, в виде горы урожая, в виде отдельных зёрен, в виде ароматной дымящейся чашки риса на подносе у официанта…

Доброжелательные китайцы в старомодных френчах добродушно улыбались, кивали головами и приносили что-то другое: капусту, лук, укроп, соль, какую-то зелёную ботву. Наконец, мы не выдержали и пошли искать самостоятельно на кухню. Были перевёрнуты все тазы, кастрюли и вёдра, вскрыты все полки, ящики и коробки. Риса не было! Мы были на грани отчаяния – есть ботву, грибы и баклажаны без риса было как-то скучно. И тут кто-то из нас почти случайно толкнул замызганную грязью дверь в одном из тёмных коридоров, которую до этого никто не замечал. За дверью стояли пыльные мешки, а в мешках был рис. Нашему ликованию не было предела! А повар на радостях наварил целый таз литров на десять.

Есть ещё очень много подобных историй из путешествий по Латинской Америки, Африки, Индии, Непалу, Индонезии и Тибету.

«Интересный мир»:
Мои знакомые путешественники как-то высказали такую мысль: в путешествиях есть проблема. Она заключается в том, чтобы не превратиться из путешественника в бродягу, потому что грань между путешественником и бродягой на практике, изнутри путешествия, трудноуловима. Для вас эта мысль верна? Если хотя бы частично да, где, по вашему мнению, проходит грань между путешественником и бродягой? Когда и при каких условиях человек из путешественника превращается в бродягу?

Федорович Андрей:
Вообще-то это классика! Бродягой человек становится, когда он теряет смысл своего путешествия, когда путешествие превращается в рутину или, чаще всего, когда оно становится способом бегства от самого себя и собственных проблем. В этом случае человек перестаёт быть исследователем и творцом, а в путь его гонит один лишь инстинкт.

Поводов к тому миллион. Есть масса людей, которые будучи бродягами, никогда не станут путешественниками. С этими всё проще. Но вот сойти с дистанции, будучи путешественником – для этого нужен серьёзный повод, и, на мой взгляд, это всё-таки форма деградации.

Мне кажется, что чаще всего это связано с разочарованием или переутомлением, в свою очередь связанным с переоценкой собственных сил. Конечно же, такой ситуации, искреннему и талантливому путешественнику лучше избегать. Полагаю, что существует другая форма бродяжничества, которая связана не с деградацией целей, но с реализацией и завершением исследовательского и творческого потенциала, своего рода форма блаженства, форма близкая к индийской саньясе и идее религиозного странничества, но это очень редкий дар, и вряд ли наше короткое интервью лучшее место для обсуждения этого феномена.

«Интересный мир»:
Есть ли в мире что-то или кто-то, ради чего или кого вы перестали бы путешествовать навсегда? Просто сменили бы свою деятельность на что-то другое?

Федорович Андрей:
На данный момент, об этом ещё рано говорить, но вообще это могла бы быть деятельность связанная с творчеством, литературой, возможно образованием или лекционно-преподавательской деятельностью, с физической культурой, а также, возможно, некоторыми формами общественной деятельности.

«Интересный мир»:
Кем вы видите себя в старости? Ведь свое здоровье и материальное положение или политическая ситуация могут не позволить вам путешествовать с прежней интенсивностью. Неужели у путешественника жизнь проходит ярко и интересно, а старость — это сумрак его жизни, в ней ничего уже не может быть, кроме воспоминаний о том, как было все круто? Как вы видите свою старость?

Федорович Андрей:
Не очень мне нравится само слово «старость». В первую очередь, в контексте тех самых негативных коннотаций, о которых Вы говорите: увядание, ограниченные возможности, неприкаянность, болезни, депрессия и т.д.

Я не очень люблю ассоциации человека с его возрастом, тем более, что биологические часы могут как спешить, так и отставать. Конечно, нельзя относиться к этому пренебрежительно, мы не можем предугадать все те опасности, факторы риска и испытания, которыми мы можем быть подвергнуты, равно как и всю степень нашей глупости, — всю ту гамму неосознанных реакций нашей психики и организма, которую эти факторы и наша неосознанность могут вызвать.

Сможем ли мы сберечь здоровье, оптимизм и энергию для того, чтобы до конца оставаться активными и творческими единицами? Как бы там ни было, наша задача продолжать бережно и с вниманием относиться к собственному телу и его возможностям, здраво используя их, поддерживая и развивая. И я уверен, что тогда нас ждёт ещё не одно увлекательное, захватывающее путешествие: будь то соседняя деревня или соседний континент, высокие горы, дремучие леса, бескрайние пустыни, безграничные просторы познания и творчества, или бездонные глубины нашего Я (ума и психики).

С профессиональным путешественником Федоровичем Андреем беседовали Игорь и Лариса Ширяевы.

Дорогие друзья и читатели! Проект «Интересный мир» нуждается в вашей помощи. Помочь можно ЗДЕСЬ.

Также при возможности мы помогаем людям побывать в интересных местах, описанных в нашем журнале. В первую очередь это относится к местам, в которых побывали мы сами. Открывайте раздел «Туризм», читайте и выбирайте! Для чего и как мы это делаем, написано в нашей статье «Живите интересно!».

Электронное СМИ «Интересный мир». 23.10.2016