Home 1 История 1 Хунза – страна вегетарианцев-долгожителей

Хунза – страна вегетарианцев-долгожителей

Жил-был молодец; в своей деревне не видал веселья, на чужбину вышел — заплакал.

Издревле люди мечтали о лучшей жизни. Это находило отражение в сказках, легендах, притчах. Поговорка «хорошо там, где нас нет», которую и сейчас почти на каждом шагу слышно, показывает, что, хотя современным людям уже не приходится сильно пахать (во всех смыслах этого слова), как их предкам, стремление к лучшей доле – к краям, где реки молочные, а берега кисельные, не пропало.

Сказки осовременились, а люди, несмотря на доступ к информации, все так же верят эзотерикам и гуру и отмахиваются от реальности при первой возможности.

Современных мифов много, но один из них коснулся меня непосредственно. В Рунете да и вообще в Интернете довольно часто попадаются тексты о таинственной стране Хунза, где люди не знают болезней и живут долго, потому что правильно питаются и не едят мясо. В русских вариантах тексты эти имеют почти одинаковое содержание и набор фотографий. Особенно популярны такие тексты у вегетарианцев.

Поэтому ниже миф о Хунзе с полным, как писал Михаил Булгаков, его разоблачением (привожу выдержки с сохранением стиля и рекомендую обратить внимание на выделенное жирным шрифтом):

«Есть на Земле удивительное племя, члены которого не знают никаких болезней. Они живут в очень суровых условиях в недоступном высокогорном краю на севере Индии, в штате Джамму и Кашмир, на берегу реки Хунзы, в 100 километрах от самого северного города Индии Гилгита, и называют себя хунзакутами. Впервые о них рассказал европейцам талантливый английский военный врач Мак Каррисон, в начале XX века 14 лет лечивший больных в этом забытом Богом районе.

Все племена, которые там живут, не блещут здоровьем, но за все годы работы Мак Каррисон не встретил ни одного больного хунзакута. Даже зубная боль и расстройство зрения им неизвестны. В 1963 году хунзакутов посетила французская медицинская экспедиция, с разрешения вождя этого племени французы провели перепись населения, которая показала, что средняя продолжительность жизни у хунзакутов составляет 120 лет. Они живут и более 160 лет, женщины даже в преклонные годы сохраняют способность к деторождению, не посещают врачей, да и врачей там попросту нет.

После Мак Каррисона изучением хунзакутов занялся другой ученый — доктор Ральф Бирхер, посвятивший годы исследованию жизни этого малочисленного народа (их всего 15 тысяч человек).

Все европейские наблюдатели отмечали, что единственное отличие хунзакутов от соседей – рацион, основа которого – пшеничные лепешки из цельной муки и фрукты, главным образом абрикосы. Всю зиму и весну они к этому ничего не добавляют, так как и добавлять нечего. Несколько горстей пшеничных зерен и урюка – вот и вся суточная еда.

Хунзакутам свойственны, прежде всего, оптимизм, спокойствие, юмор и гостеприимство. Управляют ими король и совет старейшин, у них нет ни полиции, ни тюрем. Дело в том, что в этом обществе нет и не бывает нарушений общественного порядка и преступлений. Люди, дожившие до преклонного возраста, пользуются огромным уважением и непререкаемым авторитетом. Старческое слабоумие и одряхление им совершенно не свойственны».

Выделенные жирным шрифтом фрагменты текста, причем далеко не всё выделено, – не соответствуют истине. Говорят, что первоисточником этого текста о Шангри-Ле, или одной из вариаций такого текста, была «Неделя» (газета-приложение к «Известиям»), в номере которой в конце 1964 года появилась статья, перепечатанная из французского журнала «Констелласьон».

В тех или иных вариациях эти тексты гуляют по Сети и продолжают обрастать фантастическими подробностями. Мое терпение лопнуло, когда в одной из таких небылиц появились мои фотографии Хунзы.

Долина Хунзы, какой ее видели эмиры княжества.

С террасы королевского дворца – Балтит-форта.

***

Когда я в первый раз оказался в Хунзе, то почти ничего не знал о ней и не представлял, в какое, по мнению вегетарианцев, сказочное место я попал. Во второй приезд возникли проблемы со здоровьем, я угодил в местный госпиталь, и вот тут-то серьезно задумался о том, что в текстах про блещущих здоровьем хунзакутов что-то не то – раз больница есть, значит, есть и больные.

Уже при прочтении приведенного выше мифа бросаются в глаза странности вроде той, что, если женщины у хунзакутов могут рожать детей даже в преклонном возрасте, и все знают, какие многодетные семьи традиционно приняты у мусульман, то непонятно, почему до сих пор хунзакутов всего 15 тысяч. В общем, если смотреть с точки зрения банальной логики, то уже все очевидно, если же присовокупить к этому не менее банальную статистику, то… бедные вегетарианцы.

***

Это, разумеется, не нападки на вегетарианство – я исхожу из того, что каждый волен есть то, что ему хочется. Это нападки на подтасовку фактов. О желании верить в то, что подтверждает правильность твоего образа жизни, уже столько писали психологи. На это сплошь и рядом попадаемся все мы. Но это полбеды. Вторая половина – тенденция к размягчению мозгов у читателей. В точных науках заниматься профанацией трудно, специалист в два счета раскусит. А вот гуманитарная сфера… Как правило, серьезную научную проблему в два счета понять невозможно, придется подумать и напрячься. Однако все больше текстов сейчас нельзя назвать не то, что бы научными или научно-популярными, они не тянут даже на репортаж. Легко усвояемая жвачка, не более.

Ну что ж, есть миф — даешь разоблачение!

Если отталкиваться от текста приведенной выше небылицы про Хунзу, очевидно, что первая его половина взята из материалов, написанных до 1947 года, то есть до получения Индии и Пакистаном независимости. По тексту хунзакуты живут в очень суровых условиях на севере Индии, в штате Джамму и Кашмир, на берегу реки Хунзы, в 100 километрах от самого северного города Индии Гилгита.

Начиная с 1947 года, Хунза – это север Пакистана, равно как и город Гилгит, который – совершенно верно – примерно на 100 километров южнее Хунзы.

Два красных верхних кружка Балтит – столица бывшего княжества Хунза и Гилгит – столица одноименного бывшего княжества, позже – британского Гилгитского агентства.

Указатель в районе Гилгита. Русские надписи – потому как до территории бывшего СССР отсюда недалеко.

Талантливый английский военный врач Мак Каррисон, который 14 лет лечил больных в этом забытом Богом районе, во-первых, был в регионе 7 лет, а не 14, звали его Робертом Маккаррисоном (Robert McCarrison), а не Маком Каррисоном и, конечно, он был далеко не первым европейцем, писавшим про Хунзу и народ, ее населяющий. Одним из первых был британский полковник Джон Бидделф (John Biddulph), живший в Гилгите с 1877 по 1881 годы. Этот военный и по совместительству исследователь широкого профиля написал объемный труд «Племена Гиндукуша» (Tribes of Hindoo Kush), в котором в том числе описаны и хунзакуты.

Что касается доктора Ральфа Бирхера, посвятившего годы исследованию жизни хунзакутов, эти исследования принимать во внимание не стоит, так как Бирхер (Ralph Bircher) не то что в Хунзе не был, его нога вообще не ступала на полуостров Индостан, все «изыскания» Бирхер проводил, не выходя из дома. Тем не менее, он зачем-то написал книгу под названием «Хунзакуты, народ, который не знает болезней» (Hunsa, das Volk, das keine Krankheit kannte).

(То же самое и в случае Джерома Родейла (Jerome Rodale), опубликовавшего в США в конце 1940-х книгу «Здоровые хунзакуты» (The healthy Hunzas). Книга эта стала крайне популярной ввиду того, что как раз в этот момент у американцев начался бум здорового питания. Издание способствовало укоренению мифа о Хунзе в США. Родейл, кстати, в предисловии честно пишет, что никогда не был в Индии и все данные про Хунзу брал из британских военных источников.)

Вторым из наиболее ранних посетителей Хунзы был русский военный, востоковед, разведчик и путешественник Бронислав Громбчевский, участник так называемой Большой игры – противостояния между Российской и Британской империями. Громбчевский с разведывательным отрядом из нескольких казаков пришел с севера и пытался убедить эмира (мира) Хунзы сотрудничать с Россией.

Третьим стал «последний искатель приключений» Британской империи Френсис Янгхазбенд, который был отправлен в Хунзу в противовес Громбчевскому. Впоследствии в 1904 году Янгхазбенд возглавил отряд британских войск, захвативший Тибет.

Однако вернемся к Маккаррисону. Он проработал на должности хирурга в Гилгите с 1904 по 1911 год и, по его словам, не обнаружил у хунзакутов расстройств пищеварения, язвы желудка, аппендицита, колита и рака. Однако упор в исследованиях Маккаррисон делал на заболевания, лишь связанные с питанием. Множество других болезней остались вне поля его зрения. Причем не только по этой причине.

Вот это фото, сделанное мною в Хунзе в 2010 году, появилось в ряде небылиц. На плетеном блюде сушатся помидоры.

Во-первых, Маккаррисон жил и работал в административной столице Гилгитского агентства. Работа эта невыездная, так как своих больных в Гилгите предостаточно, плюс те, кто приходил из близлежащих деревень.

Врачи, служившие здесь, изредка делали объезды подведомственной и поистине гигантской для одного врача территории, нигде подолгу не задерживаясь. Изредка – это раз в год и только в сезон – когда перевалы свободны от снега. На тот момент дороги до Хунзы не существовало, были лишь караванные тропы, путь был очень нелегким и занимал 2-3 дня.

А какой больной, тем более тяжело больной будет в состоянии пройти более сотни километров по страшной жаре летом (испытано на себе) или по весьма неприятному холоду зимой к европейскому, тем более британскому(!) врачу? Ведь в 1891 году англичане провели успешную военную операцию по захвату княжества, присоединили его к Британской империи, и можно предположить, что любить англичан особых поводов у хунзакутов не было.

Одна из улиц в Гилгите сегодня. Уже весной температура здесь может достигать плюс 40 градусов.

Если добавить к этому мелочи вроде того, что, например, женщины-мусульманки с гинекологическими проблемами никогда и ни при каких условиях в то время (да и сейчас, полагаю) не пошли бы к врачу-мужчине, да еще и к неверному, то очевидно, что статистика, которую собирал талантливый врач Маккаррисон, далека от реального положения вещей в княжестве Хунза. Что и подтвердили позднее другие исследователи, о трудах которых поборники вегетарианства и здорового образа жизни либо умалчивают сознательно, либо, что скорее всего, просто о них не знают. К этим трудам я вернусь чуть позже…

***

Ищущие в страну Шангри-Ла в Хунзе предполагают, что, возможно, болезни миновали хунзакутов ввиду того, что они живут в труднодоступных краях и вообще почти не соприкасаются с чужеземцами. Это неверно. Труднодоступными эти края были лишь поначалу для европейцев. Что касается последнего времени, с 1970-х годов ни о какой изоляции речи нет – Каракорумское шоссе – главный торговый путь между Пакистаном и Китаем пролегает как раз через Хунзу.

Вид на наиболее старую часть Хунзы – Алтит-форт и дома вокруг него. На другом берегу реки Хунзы Каракорумское шоссе.

Но и ранее полной изоляции не существовало. В горах Каракорума и Гиндукуша не так много перевалов, через которые можно попасть из стран Центральной Азии в Индию и обратно. Через такие перевалы проходили ответвления Великого шелкового пути, по которым шли караваны. Одно из таких ответвлений – из Синьцзяна в Кашмир – контролировали хунзакуты (из Алтит-форта ущелье просматривается очень хорошо в обе стороны), они занимались регулярным грабежом и взиманием дани с караванов и путников.

«Весной 1889 года жажда путешествий вновь охватила меня, однако начальство не разрешило поездку, – пишет в то время капитан британской армии Янгхазбенд, – пришлось умирать со скуки и сдувать пылинки с мундира. И вот когда мои мучения достигли предела, прибыла телеграмма из Лондона из министерства иностранных дел с приказом провести разведку северных границ Кашмира в районе, где находится страна хунзакутов или канджутов, как называют их жители Синьцзяна. Хунзакуты постоянно совершали набеги на соседние страны. Не только жители Балтистана опасались их, но и кашмирские войска в Гилгите, то есть на юге, и кочевники-киргизы на севере пребывали в страхе в ожидании нападения.

Когда в 1888 году я был в том районе, до меня дошел слух об очередной дерзкой атаке на караван киргизов, большое число которых хунзакуты либо убили, либо захватили в рабство. Киргизы больше не стали терпеть и обратились с петицией к китайскому императору, однако тот остался глух к просьбам. Тогда кочевники попросили о помощи Британию, и в итоге мне было поручено договориться с эмиром Хунзы».

Договориться с эмиром Янгхазбенду не удалось. Сидевший на троне Хунзы в то время эмир Сафдар Али был жесток и глуп. Янгхазбенд вспоминал потом, что эмир считал британскую королеву и русского царя едва ли не равными себе эмирами соседних княжеств. Правитель сказал буквально следующее: «Мое княжество – только камни и лед, пастбищ и возделанной земли совсем немного. Набеги – единственный источник дохода. Если королева Британии хочет, чтобы я прекратил грабить, пусть выделяет мне субсидии».

Именно поэтому британцы и начали военную кампанию против Хунзы – ее правитель слишком уж прочные начал устанавливать связи с Россией и Китаем, слишком рассчитывал на помощь этих империй, и слишком безнаказанным себя чувствовал, занимаясь грабежами. За что и поплатился. Ход военной операции замечательно описан в книге Эдварда Найта «Там, где встречаются три империи» (Edward Knight «Where Three Empires Meet»).

***

Так что хунзакуты были далеко не так миролюбивы, как хотелось бы вегетарианцам. Однако насчет того, что в Хунзе сейчас нет ни полиции, ни тюрем, так как в этом обществе нет и не бывает нарушений общественного порядка и преступлений, все правильно… Авторы мифа о Хунзе приписывают эти особенности вегетарианству хунзакутов и забывают лишь упомянуть, что преступности сейчас почти нет во всем Гилгит-Балтистане.

Гилгит-Балтистан на карте фонда Ага-хана (за исключением Читрала). На всю эту территорию был один-единственный британский врач.

Север Пакистана – один из самых спокойных регионов страны – это можно прочесть в любом туристическим проспекте, и это правда ввиду немногочисленности населения и удаленности территорий от крупных городов.

***

Среди всего объема доступной литературы про Хунзу имело смысл выбрать те документы, авторы которых не повернуты на эзотерике либо вегетарианстве и которые долго прожили в Хунзе и занимались наблюдениями и изысканиями. Подавляющее же большинство путешественников попадало в Хунзу ненадолго и, как правило, только в сезон, то есть летом.

В результате поисков в мои руки попала книга Джона Кларка «Хунза. Затерянное гималайское королевство» (John Clark «Hunza – Lost Kingdom of the Himalayas»). Кларк – американский ученый, отправившийся в княжество с целью поиска полезных ископаемых в 1950 году. Это была основная его цель, кроме того, он планировал организовать школу деревообработки, познакомить хунзакутов с достижениями сельского хозяйства США и устроить в княжестве лазарет или мини-госпиталь.

В общей сложности Кларк провел в Хунзе 20 месяцев. Особенно интересна статистика лечения хунзакутов, которую он, как и подобает настоящему ученому, скрупулезно вел.

И вот что он пишет: «За время своего пребывания в Хунзе я лечил 5 тысяч 684 пациента (население княжества – на тот момент менее 20 тысяч человек)». То есть более пятой, а то и четвертая часть хунзакутов нуждались в лечении. Какие же были болезни? К счастью, у большинства хунзакутов были легко диагностируемые заболевания: малярия, дизентерия, глистные инвазии, трахома (хроническое инфекционное заболевание глаз, вызываемое хламидиями), трихофития (стригущий лишай), импетиго (кожная сыпь, причиной которой являются стрептококки либо стафилококки). Кроме того, Кларк описал один случай цинги и диагностировал у хунзакутов серьезные проблемы с зубами и глазами, особенно у стариков.

О кожных заболеваниях у детей, вызванных недостатком витаминов, писал и полковник Дэвид Лоример (David Lockart Robertson Lorimer), представлявший британское правительство в Гилгитском агентстве в 1920 – 1924 годах и живший в Хунзе с 1933 по 1934 год: «После зимы дети хунзакутов выглядят истощенными и страдают различного вида кожными болезнями, которые проходят лишь, когда земля дает первые урожаи». Полковник был, кстати, замечательным лингвистом, его перу в числе прочих принадлежат три книги «Грамматика», «История» и «Словарь» языка бурушаски (The Burushaski Language. 3 vols.), на котором разговаривают хунзакуты и который не входит ни в одну языковую группу.

Проблемы с глазами, особенно у пожилых хунзакутов, были вызваны тем, что в домах топили «по-черному», а дым от очага хоть и выводился через отверстие в крыше, все равно разъедал глаза.

Аналогичное устройство крыш можно увидеть и в кишлаках Средней Азии. «Через эту дыру в потолке уходит не только дым, но и тепло», – писал Янгхазбенд.

Ну, и что касается вегетарианства… Не только в Хунзе, но и – опять же – во всем Гилгит-Балтистане люди живут бедно и едят мясо только по большим праздникам, в том числе религиозным. Кстати, последние до сих пор часто связаны не с исламом, а с доисламскими верованиями, отголоски которых очень даже живы на севере Пакистана. Ритуал на фото ниже, будь он исполнен где-нибудь в Центральном Пакистане, где живут ортодоксальные мусульмане, привел бы к убийству за мракобесие.

Шаман пьет кровь жертвенного животного. Северный Пакистан. Район Гилгита, 2011 год. Фото Afsheen Ali

Если бы была возможность есть мясо чаще, хунзакуты бы его ели. Вновь слово доктору Кларку: «Забив одну овцу на праздник, большая семья может позволить себе питаться мясом целую неделю. Так как большинство путешественников оказываются в Хунзе только летом, отсюда возникли нелепые слухи о том, что жители страны – вегетарианцы. Просто они могут позволить себе есть мясо в среднем две недели в году. Поэтому они съедают убитое животное целиком: мозг, костный мозг, легкие, требуха, – все идет в пищу за исключением трахеи и гениталий».

И еще: «Так как диета хунзакутов бедна жирами и витамином D, у них плохие зубы, у доброй половины бочкообразная грудная клетка (один из признаков несовершенного остеогенеза), признаки рахита и проблемы с опорно-двигательным аппаратом».

***

Хунза, действительно, красивое место. Здесь достаточно мягкий микроклимат, который создают окружающие горы. Здесь, действительно, была одна из немногих точек, где еще совсем недавно сходились три империи – Российская, Британская и Китайская. Здесь до сих пор сохранилась уникальная доисторическая наскальная живопись. Здесь на расстоянии вытянутой руки полно шести- и семитысячников. И да, в Хунзе, равно как и в Гилгите и в Скарду, растут замечательные абрикосы. Попробовав первый раз урюк в Гилгите, я не мог остановиться и съел его где-то около полукило – причем немытого, наплевав на последствия. Ибо таких вкусных абрикосов раньше пробовать не доводилось. Вот это всё – реальность.

Фрагмент гряды семитысячника Ракапоши, господствующего над Хунзой.

Автор Сергей Бойко. Источник. Продолжение: «Многая лета жителям Хунзы».

Мнение редакции может не совпадать с мнением автора статьи.

Электронное СМИ «Интересный мир». 11.07.2013