Home 1 История 1 Фотограф Артем Задикян рассказывает… Дом на набережной

Фотограф Артем Задикян рассказывает… Дом на набережной

Артем Аршакович Задикян московский фотограф и москвовед армянского происхождения. Среди знатоков и энтузиастов он известен, как страстный коллекционер редких фотографий. В его коллекции есть стеклянные фотопластинки, которым более 100 лет.

Редакция «Интересного мира» публикует цикл бесед с Артемом Аршаковичем — о жизни, о фотографии, о людях и архивах – под общим названием «Фотограф Артем Задикян рассказывает…»

Предыдущие части:

  1. «Фотокамера побеждает смерть»
  2. «В поисках истинного Храма»
  3. «О целительнице Джуне Давиташвили»
  4. «Подземелья Москвы»
  5. «Долголетие и космос»

(Фотографии при клике открываются в отдельном окне)

«Интересный мир»:
— Артём, как возник ваш интерес к Дому на набережной в Москве? Почему именно это место?

Артём Задикян:
— Потому что здесь сохранился концентрат истории, культуры, политики. Здесь сохранились материальные свидетельства прошлой жизни: предметы быта, фотографии. Здесь продолжают жить люди той эпохи, некоторые перевалили свой 100-летний юбилей. Они рассказывают и показывают интереснейшие вещи.

Через некоторое время после возникновения интереса я стал работать фотографом в музее Дома на набережной – так увлечение слилось с работой. А вы знаете, что один из источников пополнения моих фотографических архивов – помойка возле Дома на набережной? Прежнее поколение умирает или продает квартиры, въезжают новые жильцы, они выносят на помойку возле дома бесценные свидетельства истории и культурные ценности: старинные фотографии знаменитых людей, предметы быта и одежды. Например, могут вынести генеральский мундир крупного советского военачальника или стеклянные фотопластинки известного фотографа. Всё это я собираю, не даю этому погибнуть и сохраняю для потомков.

Например, старинные стеклянные фотопластинки я выхватывал из-под дождя и сушил, обернув в газетную бумагу. Многое обречено было погибнуть под мусорным прессом, под колесами автомобилей, под снегоуборочным трактором – я выхватывал, сохранял, реставрировал. Большинство этих материальных свидетельств истории я отдал в музеи, кое-что осело в моей частной коллекции.

А сколько всего интересного рассказывали мне старые жители Дома на набережной! Этого же ни в одной книжке не прочитаешь! Этого нет в Интернете! Так что, моя творческая судьба фотографа, архивиста и москвоведа закономерно связана с этим историческим местом.

«Интересный мир»:
— Почему из всех домов в Москве именно Дом на набережной вобрал в себя столько всего интересного? Что в нем такого особенного?

Артём Задикян:
— Изначально Дом на набережной был построен, как обособленное место жительства для высокопоставленных партийных работников и госслужащих в Советском государстве. Этим он и интересен. По сути, город в городе – со своей полностью автономной инфраструктурой, со своим уникальным контингентом высокопоставленных жильцов, с драматическим переплетением судеб и жизненных сюжетов во времена репрессий и смены режимов. Вот поэтому он особенный.

«Интересный мир»:
— Когда и зачем построили такой особенный дом?

Артём Задикян:
— В 1918 г. во время Гражданской войны, когда Белые войска подошли слишком близко, Ленин перевез правительство подальше от фронта — из Питера (тогдашний Петроград) вглубь страны: в Москву, в Кремль. Партийных и государственных служащих расселили в, так называемых, Домах Советов. Это были гостинцы: «Националь», «Метрополь», «Лоскутная» и другие. Некоторых высокопоставленных чиновников вместе с их семьями поселили в Кремле, чтобы они как можно больше времени проводили на работе, ну и чтобы под контролем были. В то время в Кремле на веревках белье сушилось, жены чиновников гулять ходили, и дети в лапту играли. Кремль напоминал общежитие, такая большая коммуналка для партийных и государственных служащих высшего эшелона.

Но в общем, это был, конечно, не порядок, это была временная вынужденная мера, т.к. даже высокопоставленным служащим тогда жить было негде так, чтобы близко и безопасно. И вот в 1927 г. было принято решение о строительстве специального обособленного дома для высокопоставленных государственных служащих, и в 1931 г. этот дом был построен и начал заселяться именно такими жильцами. А уж позже в этом доме стали селиться люди попроще – с более низкими государственными должностями. Но тоже, в основном, люди неслучайные.

«Интересный мир»:
— Кто именно жил в Доме на набережной?

Артём Задикян:
— Дети высших чиновников, сын Сталина — генерал авиации Василий Сталин и дочь Сталина — Светлана Аллилуева, сын Феликса Дзержинского – Ян, архитектор Дома на набережной Борис Иофан (сам проектировал – сам и жил), военачальники, маршал Жуков, маршал Тухачевский, маршал Баграмян, генерал Каманин, ученые и технические специалисты, конструктор ракетно-космической техники Глушко, летчик и участник арктических экспедиций Михаил Водопьянов, хирург-онколог академик Николай Блохин, писатели Александр Серафимович, Юрий Трифонов и Михаил Шатров, поэт Демьян Бедный, а еще Артем Микоян, Алексей Косыгин, Никита Сергеевич Хрущев – огромное количество людей, повлиявших на Историю. О каждом можно и нужно собирать архивы, чтобы потомки помнили и знали правду, а не забывали и не читали книжки с досужими вымыслами.

«Интересный мир»:
— М-да, впечатляющий контингент жильцов… А как вы в эту компанию попали?

Артём Задикян:
— Я очень многих людей из Дома на набережной лично знал с детства. У меня отец был государственный служащий, в Опалихе вместе семьями отдыхали. Там и сдружились.

«Интересный мир»:
— Почему такое название, Дом на набережной, а не дом номер такой-то..?

Артём Задикян:
— Это писатель Юрий Трифонов, живший там, в своей книге воспоминаний назвал его Дом на набережной – так и повелось с тех пор. Вот она, сила писательского слова! А вообще, этот дом назывался по разному: Дом правительства, Первый Дом Советов, Дом ЦИК и СНК… Формальный адрес, улица Серафимовича, дом 2. Но это не совсем дом, в обычном представлении – это целый комплекс замкнутых зданий с внутренними дворами и переходами. Площадь территории около трех гектаров, а в комплексе зданий 25 подъездов.

Дом на набережной расположен на Болотном острове между Берсеневской набережной Москвы-реки и Болотной набережной Водоотводного канала, и связан с «большой землей» Большим Каменным и Малым Каменным мостами. Сейчас вот еще рядом построили пешеходный Патриарший мост к Храму Христа Спасителя.

Раньше это было заболоченное место на низком береге Москвы-реки, а теперь элитный район. Юрий Лужков сказал, что это Золотой остров, так его теперь некоторые и называют, а раньше бы и в голову никому не пришло – болото и болото… Хотя место исторически и культурно очень интересное и богатое на археологические находки. Рядом находятся палаты Аверкия Кириллова, которые выстроены на остатках дворца Малюты Скуратова, и оттуда, по преданию, идет подземный ход, по которому Малюта Скуратов ходил напрямую под Москва-рекой в Кремль к царю Ивану Грозному. Мы этот подземный ход до сих пор ищем… (Читайте и смотрите цикл статей «В гостях у Аверкия»прим. ред.)

«Интересный мир»:
— Как строили, и кто строил Дом на набережной?

Артём Задикян:
— После смерти Ленина в 1924 г. Кремль продолжал напоминать большое общежитие для партийных и государственных служащих высшего эшелона. Тогдашний глава правительства Алексей Рыков встретился в Италии с архитектором Борисом Иофаном, который там в Италии познавал искусство архитектуры и занимался личной жизнью в жарком итальянском климате. Борис Иофан был сторонник архитектурного стиля конструктивизм, Рыкову это понравилось, он противопоставил лаконичный конструктивизм «буржуазным красивостям», в общем, Рыков уговорил Бориса Иофана вернуться в Россию и строить Дом на набережной. А чтобы Иофана держать под контролем, вместе с ним строительством Дома на набережной занялся один из главных руководителей госбезопасности Генрих Ягода. Предполагают, что в Доме на набережной была реализована целая система прослушивания и подсматривания за высокопоставленными жильцами. До сих пор ищут и находят скрытые полости и тайные помещения в толстых стенах.

Строили с применением тяжелого ручного труда. Камень подвозили на баржах по реке, другие строительные материалы подвозили на телегах. Бересеневской набережной, как таковой, не было, а был низкий заболоченный берег Москвы-реки, поросший травой. На землю кидали доски, и рабочие на тачках возили строительные материалы от берега к дому. Водоотводный канал называли Канавой, да он и был по сути таковым. Много людей болело и гибло.

«Интересный мир»:
— Сейчас Дом на набережной немного напоминает мрачную тюрьму: и цветом, и архитектурой…

Артём Задикян:
— Скорее, бывшее коммунальное общежитие для высокопоставленных государственных служащих с инфраструктурой, охраной и прослушкой. Кстати, по тем временам это было жилье очень высокого класса, и многие были счастливы получить там квартиру. Первоначально наружную часть стен Дома на набережной хотели покрыть мраморной крошкой красного или розового цвета. Получилось бы очень богато, красиво, празднично и в цвет Кремля. Но потом, видимо, решили сэкономить на госслужащих и покрыть стены желтым подольским песком. Но и этот вариант тоже отвергли. Нынешний цвет называется «цвет золы», и он действительно смотрится мрачновато, но сам архитектор Борис Иофан разрабатывал эстетически совершенно другой проект.

Архитектурно конструктивизм, конечно, не самый веселый стиль, но сделано было всё очень функционально. Дом находится на острове, он был относительно изолирован от простого народа, но находился в непосредственной близости от Кремля. Инфраструктура включала в себя спортивный зал, универмаг, кинотеатр, детский сад и ясли, поликлинику, отделение связи, сберкассу, столовую с бесплатными обедами и сухими пайками, все квартиры были оборудованы хорошей мебелью, во внутренних дворах были зоны отдыха с детскими площадками, газонами и фонтанами. В общем, въезжай с семьей, живи, работай на благо государства и радуйся жизни! Даже сейчас, хотя прогресс шагнул далеко вперед, многие были бы рады жить в таких условиях, а тогда после жизни в деревенских избах и городских бараках – это было очень большое достижение!

«Интересный мир»:
— Многие радовались такой жизни очень недолго…

Артём Задикян:
— Да, сталинские репрессии затронули многих, но высших партийных и государственных служащих они закономерно затронули очень сильно. В музее Дома на набережной два списка: погибших в Великой Отечественной и репрессированных. Так вот, список репрессированных намного больше.

Но удивительным образом, в Доме на набережной жило и продолжает жить большое количество долгожителей, и мы регулярно празднуем 100-летия наших жильцов. Я недавно общался с одним старичком, ему 104 года, в советское время он работал дипломатом – жив, относительно здоров, абсолютно адекватен, интересный собеседник.

«Интересный мир»:
— А как возник такой необычный музей – музей одного дома – музей Дома на набережной?

Артём Задикян:
— Всё началось и продолжает держаться на энтузиазме жильцов, которые понимают, что история и судьбы людей Дома на набережной – это отражение целой эпохи. Дом на набережной – это нечто большее, чем просто дом в Москве, это историческое свидетельство и культурное явление.

Энтузиасты, и я в том числе, ходили по квартирам и собирали материалы для будущего музея. Потом жильцы сами стали приносить. Потом выделили комнату под музей. Потом выделили крохотное помещение охраны – стало две комнаты с отдельным входом. Живем, развиваемся, собираем новые экспонаты, документы и фотографии той эпохи. Ведь любой музей, и наш не исключение, живет интересом и энтузиазмом людей.

«Интересный мир»:
— Такое место, как Дом на набережной, обязательно должно быть окружено историческими легендами. Расскажите что-нибудь…

Артём Задикян:
— Сейчас уже трудно отделить легенды от фактов… Существует устойчивая легенда о том, что из Дома на набережной было прямое сообщение с Кремлем. У нас нет 11-го подъезда, 10-ый – а потом сразу 12-ый. От 11-го подъезда остался только лестничный проем. Часть квартир 11-го подъезда объединили на горизонтальном уровне с соответствующими квартирами 12-го подъезда – образовались такие большие сдвоенные квартиры для особо высокопоставленных. Но часть помещений того места, где должен находиться 11-ый подъезд закрыты и замурованы. Так вот существует устойчивая легенда, что там в стенах скрыты секретные комнаты для слежки и прослушки, что там находились кабинеты дежурных офицеров госбезопасности, якобы оттуда вел подземный ход в Кремль и даже находился причал для подводной лодки…

«Интересный мир»:
— Подводная лодка в Москва-реке? Ну, это уж совсем невероятно!

Артём Задикян:
— Почему невероятно? Уровень Москвы-реки в то время был выше, чем сейчас. Построить подземный бассейн, сообщающийся с Москвой-рекой и заполненный водой, – это вполне реально при тогдашнем уровне технологий. Небольшая легкая подводная лодка без массивного перископа, чтобы плавать в неглубокой Москве-реке вполне могла взять на борт VIP-персону и спасти ему жизнь в случае дворцового переворота или репрессий. Я не утверждаю, что так было, но техническая возможность имелась, и так вполне могло быть.

«Интересный мир»:
— Давно бы уже нашли…

Артём Задикян:
— А вы знаете, сколько в Москве всего необследованного?! Это же, как матрешка: город в городе в городе… Поэтому здесь так интересно жить, фотографировать, исследовать архивы, открывать новое. Москва – это даже не город, а целая Вселенная!

С фотографом Артемом Задикяном беседовали Игорь и Лариса Ширяевы. Фотографии Игоря и Ларисы Ширяевых, а также из архива Артема Задикяна.

Продолжение следует…

Электронное СМИ «Интересный мир». 21.12.2014