Home 1 История 1 Фотограф Артем Задикян рассказывает… Долголетие и космос.

Фотограф Артем Задикян рассказывает… Долголетие и космос.

Артем Аршакович Задикян московский фотограф и москвовед армянского происхождения. Среди знатоков и энтузиастов он известен, как страстный коллекционер редких фотографий. В его коллекции есть стеклянные фотопластинки, которым более 100 лет.

Редакция «Интересного мира» публикует цикл бесед с Артемом Аршаковичем — о жизни, о фотографии, о людях и архивах – под общим названием «Фотограф Артем Задикян рассказывает…»

Предыдущая часть «Подземелья Москвы».

«Интересный мир»:
– Артем, вы в разговоре ни один раз говорили об увлеченности, о бескорыстии, о том, что основное – не деньги, хотя они тоже нужны и важны. Но семью же содержать надо? У Вас жена, дочь, а вы всю жизнь в хобби… Как они к этому относятся?

Артем Задикян:
– Ну, думаю, что они относятся терпимо. Мое хобби заразило мою жену, и у нее тоже появилось свое хобби. Она увлеклась интереснейшими вещами: психологией, влиянием слова на человека. Она написала и выпустила книгу. Я старался этому содействовать. Моя жена – очень увлеченный человек. По-моему, это важно в жизни. Наверное, это самое главное: и для мужчины, и для женщины. Дочь у меня – вообще, семейный рекордсмен по количеству интересных увлечений. Она объездила полпланеты, увлекается спортом и экстремальными путешествиями, фотографирует, пишет, рисует, увлекается психологией… В общем, по количеству увлечений она меня точно обогнала. Это и понятно – молодость. Но ведь в том, что моя жена и моя дочь – увлеченные интересные люди – в этом есть доля и моего влияния. Так что с семьей у меня отношения интересные и творческие. В любой семье бывают конфликты – жизнь есть жизнь – но мы друг друга понимаем и поддерживаем увлечения друг друга.

И.М.:
– Артем, вам ведь уже 72 года. Многие в этом возрасте недомогают, все разговоры о болезнях и маленькой пенсии, живут замкнуто… А вы выглядите худощавым мужчиной слегка за 50, очень активным, бегающим, лазающим. И к деньгам у вас нетипичное отношение: несерьезное… Вы производите впечатление человека, который знает какой-то секрет, который не знают другие. Секрет молодости и гармонии с самим собой. Так есть у вас какой-то секрет? Какой?

Артем Задикян:
– Никаких особых секретов нет. Есть определенный стиль жизни, который я выработал сам, и который меня поддерживает физически и психологически. Это мой собственный рецепт для самого себя.

Во-первых, у меня дома есть часы, сконструированные по заказу особым образом: они идут в обратную сторону. Мы с женой такие даже дочке подарили. Вон она их сфотографировала.

Поэтому теперь я и моя семья, мы все знаем, что время для нас идет в обратную сторону – с каждым днем мы все молодеем. Мы так к себе и относимся. Это очень помогает психологически!

Во вторых, я заставляю себя двигаться. Всегда. Даже когда устал или мне больно. Я понимаю, что стоит мне всерьез задуматься о своих болезнях (А у любого даже молодого человека можно найти болезни!), и это всё – конец! Начнешь лечиться, начнешь жалеть себя – это конец интересной жизни, активности и творчеству. Это вообще начало конца жизни. И к деньгам тоже я стараюсь относиться несерьезно. Начнешь относиться серьезно – конец творчеству, а это конец смысла жизни. А я не хочу так жить. Я хочу жить долго, активно, интересно, творчески. Поэтому я много двигаюсь и несерьезно отношусь к деньгам. Болезни и деньги – это монстры, которые беспощадно тебя сожрут, если ты начнешь с ними считаться. Вот недавно у меня спину прихватило, мне врачи тут же предложили операцию на позвоночнике с последующим выходом на инвалидность. Я? Инвалид? Никогда! А я взял фотокамеру, побродил по Москве, подготовил фотовыставку – вот и отпустило спину.

И.М.:
– Впечатляет… Это вы сами такой рецепт молодости придумали?

Артем Задикян:
– И сам думал, и за другими людьми наблюдал. У меня ведь тоже были свои кумиры, которыми я восхищался и продолжаю восхищаться. Очень важна увлеченность, ставшая смыслом и целью жизни.

Был такой замечательный человек — Рувим Ильич Цветов.

Еще до Великой Отечественной войны он решил объединить солнечную систему координат со звездной. Есть такие две системы, и считалось, что они не соединимы в одну систему. Одна разработана относительно Солнца, а другая относительно звезд. Я не профессиональный астроном и могу ошибиться… Насколько я знаю, многие известные ученые пытались объединить в единое целое солнечную и звездную системы координат. Пишут, что Коперник собирался, но не успел, вроде и Кеплер тоже пытался.

И вот представьте. Великая Отечественная война. Фронт. Тогда еще молодой Рувим Ильич Цветов попал в автобат, и его там контузило. Врачи сказали, что вряд ли выживет, а если выживет — проживет недолго. А Рувим Ильич Цветов еще до войны загорелся идеей объединить солнечную и звездную системы координат. И он сказал себе: «Я должен это сделать! Я не могу умереть, пока это не сделаю!»

Я знал его лично. Он прожил до 90 с лишним лет. В конце концов, он создал макет, объединяющий две системы координат.

Он получил патент на свое изобретение. Я ездил к нему, фотографировал и его, и его приборы.

А потом он очень быстро умер. Цель закончилась – закончилась жизнь. Грустно это. Я стараюсь, чтобы у меня никогда не заканчивались увлечения и цели в жизни. (Описание патента, который получил Рувим Ильич Цветов – «Астрономическая планисфера Р.И. Цветова». – примечание редактора)

Конечно, в долголетии есть куча всего непонятного и нам неизвестного. Например, случай с известным карикатуристом Борисом Ефимовым. Брата Бориса Ефимова расстреляли в 1937 году. Он участвовал, как журналист, в испанской войне, а потом его расстреляли. Так вот Борис Ефимов рисовал политическую карикатуру, его настоящая фамилия Фридлянд. С такой фамилией в сталинские времена рисовать политическую карикатуру – это ходить по лезвию ножа. А он пережил и Ленина, и Сталина, и Брежнева, и даже Ельцина пережил! Борис Ефимов родился в 1900 году, а умер в 2008 году – 108 лет! Трудная жизнь, сидячая работа… Почему столько прожил? Как удалось? Загадка!

Я сейчас работаю в музее Дома на набережной. В этом доме живет человек, которому сейчас 104 года, раньше он работал дипломатом. Он всю жизнь живет в Москве. Сидячая работа, плохая экология. Оказывается, загрязненность места не главное.

Многие ученые дожили до 90 лет, хотя ученые часто ведут сидячий образ жизни. И это удивительно. Думаю, что важна активность не только физическая, но творческая. Мозг нужно заставлять работать, как мышцы и суставы!

Есть сейчас мода кивать на гены и на наследственность. Я не согласен. Я не геронтолог, но я не согласен. Увлеченность важнее генов. Душевный настрой, движение, интерес, увлеченность, творчество – всё это путь к долгой интересной жизни. А если по трагической случайности не долгой, то гарантированно интересной!

И.М.:
– Мы знаем, что вы в детстве и юности мечтали стать астрономом и полететь в космос…

Артем Задикян:
– Я и сейчас мечтаю. Может, сейчас у меня мечты немного скромнее… (смеется).

Ведь очень многие мои сверстники мечтали изучать звезды и полететь в космос еще до полета Гагарина. И я мечтал. Вот мы и пошли в Планетарий. Помню, в 4 классе я бегал в Планетарий по темной Москве и возвращался оттуда пешком по Садовому кольцу домой на проспект Мира. В Планетарии я начал познавать азы астрономии. Тогда в Планетарии были очень увлеченные люди. Мне они казались чудаковатыми и странными. Первое мое впечатление было… это, конечно, не совсем сумасшедший дом… это полусумасшедший дом (смеется). И это было очень интересно, загадочно и притягательно. (Интересно почитать статью «История Планетария»примечание редактора).

В планетарии нам, мальчишкам, читал лекции и просто неформально рассказывал много всего интересного Феликс Юрьевич Зигель. Вы только представьте, известный советский математик и астроном, который еще тогда, в советские времена, занимался уфологией и НЛО. И вот Феликс Юрьевич Зигель всё это нам рассказывал. Это же впечатление на всю жизнь у меня осталось!

Большинство увлеченных людей и даже ученых в Планетарии производили на меня тогда очень сильное впечатление. Они были увлеченными чудаками, в хорошем смысле этого слова, энтузиастами, хотя и казались странными.

Один человек пытался соединить телескоп с микроскопом. Другой человек знал, как он сам говорил, 130 языков. Он жил в коммуналке в крохотной комнатушке, и у него громоздились от пола до потолка книги, словари разных стран и народов. У него на столе стоял огромный радиоприемник, чтобы слушать иностранные радиостанции и переводить с чужих языков, а рядом лежал батон хлеба – и всё! Всё остальное в комнате – книги и словари. Звали этого человека, если не ошибаюсь, Александр Бенцианович Поляков.

А еще приезжали в Планетарий люди, которые ездили в тайгу и искали остатки Тунгусского метеорита. Они рассказывали о своих поисках, о поваленной тайге, о метеоритном кратере, об аномальных явлениях вокруг. Еще к нам приходили многие будущие космонавты: Гагарин, Быковский, Комаров. Да и после полета многие заходили в Планетарий. Планетарий тех лет был научным и культурным центром для увлеченных людей – духовным центром! Не церковь была духовным центром, а планетарий! Вы даже не представляете, какой это был интересный мир для подростка!

В Планетарии мы делали самодельные телескопы, ездили наблюдать за НЛО, ездили смотреть, как падают метеориты, зарисовывать, глядя в телескоп, разные планеты…

Планетарий тех лет был уникальным техническим сооружением в мире. Насколько я знаю, ничего подобного не было нигде. Советский Союз вовсе не был таким отсталым государством, как это сейчас некоторые пытаются представить. Уникальная проекционная система московского Планетария не имела аналогов. И этот храм науки был открыт для всех желающих. Вот посмотрите на фотографиях, какой проекционный аппарат был в Планетарии.

А уж когда позже слетавшие космонавты стали приезжать – я уже взрослым был – это же праздник для души был. Расцвет науки, возможности для творчества, интересные люди, гордость за свою страну… Я очень рад, что у меня в архиве сохранились эти фотографии, и я сейчас могу не только рассказать молодым, но и показать, как всё было на самом деле.

Потом уже совсем взрослым я попал в музей Космонавтики, когда его только создавали. Много снимал, как его строили. Потом приезжали космонавты: Попович, Леонов, Серебряков. Много приезжало самых разных интересных людей. Приезжали люди из объединения работников космодрома, с ними было очень интересно. Я ведь в армии служил в Плесецке, и это тоже наложило отпечаток на интересы и контакты.

И.М.:
– А потом что было? Насколько мы знаем, Планетарий долгое время был закрыт?

Артем Задикян:
– Времена меняются, многое меняется… Сейчас Планетарий снова открыт. Но это уже другой Планетарий, другой мир, чуждые для меня правила игры. Многое ведь на конкретных людях держалось. Прежний коллектив ушел. На мой взгляд, нынешний Планетарий больше похож на коммерческое шоу, чем на храм науки и творчества. Но хорошо, что он есть. Было бы хуже, если бы мы Планетарий вообще потеряли. А такие риски в трудные для страны времена, к сожалению, есть. Я стараюсь уметь видеть во всём хорошее. Вот я вам сейчас рассказываю кусочек истории, эта история оживает в моих рассказах и в тех фотографиях из архива, которые мне удалось сохранить. И это хорошо.

С фотографом Артемом Задикяном беседовали Игорь и Лариса Ширяевы. Фотографии из архива Артема Задикяна.

Продолжение «Дом на набережной»

Электронное СМИ «Интересный мир». 16.08.2013