Вот мы и прорвались в центральную Африку! Да ещё как прорвались! Демократическая Республика Конго! Страна занимает четвертое место в рейтинге самых опасных стран для посещения туристами после Сомали, Афганистана и Ирака. Некогда богатейший Заир (старое название страны) из-за гражданской войны стал одной из самых бедных стран Африки. С 1998 по 2002 год война унесла жизни более 5 (!!!) млн человек. Это самая кровопролитная война после Второй Мировой.

Но не будем о грустном. Нашей целью был национальный парк Вирунга, находящийся на востоке страны. Восток полностью контролируется повстанцами, которые без дела не сидят и развивают туризм, помимо того, что добывают полезные ископаемые, которыми так богат именно восток страны (из-за чего собственно и война) и сбывают их «по-чёрному» на мировой рынок по демпинговым ценам. Война вроде как сейчас в стадии затишья. По дорогам (дорогами это можно назвать с натяжкой) курсируют машины с миротворцами ООН. Лишь изредка происходят небольшие «инциденты». Так, например, когда мы искали, кто же нас будет сопровождать (на своей машине туда путь закрыт) — во время долгой переписки с Руандийской компанией в парке Вирунга повстанцами были убиты несколько рейнджеров (смотрителей парка). Руандийская компания тут же «слилась» со словами «своих людей мы туда не пошлём, нам они ещё пригодятся». Ну, нет руандийской, нашли угандийскую бесшабашную конторку.

Итак, первой задачей было найти в дремучих конголезских джунглях вымирающих горных горилл.

И второй — взобраться на вулкан Ньирагонго (высота 3500, в последний раз извергался в 2002, хорошенько поджарив город Гома у подножия) и проверить не потухло ли ещё лавовое озеро в кратере. И если затухает, то подлить бензинчика, чтобы мы не последними увидели сие чудо природы.

Сегодня речь пойдёт о восхождении на Ньирагонго (о гориллах позже).

Это было уже наше второе восхождение на «вулканчик» за эту поездку. И Танзанийский Олл Доньо Ленгай (2900 м.) дался нам намного тяжелее, чем Ньирагонго. Причин много. Во-первых, в Конго восхождение проходило днём, а не ночью. Наверх ведёт хорошая тропа, на крутых подъемах сделаны «ступеньки» из камней. Одним словом, не восхождение, а прогулка.

Оказывается в 2002 году вулкан извергался не из кратера, а из трещины на склоне. Сейчас из неё клубится пар. Но чистый, в отличие от серного на вершине Ол Доньо Ленгай в Танзании.

До вершины уже совсем немного…

И вот высота уже почти 3500. Это, конечно, не Килиманджаро, но организм требует кислорода, которого недодали. Немного теряется координация. Но вершина уже видна и открывается второе дыхание. Неужели мы действительно там что-то увидим, и это всё не сказки? Неужели озеро все ещё бурлит лавой, а не потухло давно и покрылось толстой твёрдой корой?

Последние шаги, и мы заглядываем за кромку кратера. Да-а, один из самых впечатляющих моментов, пережитых мной. Такое чудо природы увидишь не каждый день, год, не каждую жизнь. Сердце колотится. И от преодолённого перепада в 1500 метров и от потрясающей открывшейся взору картины.

Нам повезло. Успели впритык. Минут через 20 гору поглощает облако, и больше лавового озера мы так и не увидим. Только ночь будет не чёрной, а красной. Холодало. Так как «кина» больше не было, мы забились в наши домики для ночлега, съели сухой Ролтон из пачки, запив горячительными напитками для согрева, укутались в спальники и уснули, согревая друг дружку. На утро с надеждой заглянули в кратер — но видимость практически нулевая — и пошли вниз.

Говорят, иногда люди, поднявшись, так ничего кроме облака и не видят… Мы не торопясь спускались вниз, сопровождаемые несколькими повстанцами с калашами, но были ещё под впечатлением этого чуда природы. Конго, вулкан, лава — всё ещё не совсем верилось, что всё это реальность.

Все собранные образцы лавы по прибытии в Москву конечно же были переданы для исследований Елене Моисеевне Гурвич — моей школьной учительнице по геологии.

Автор shukerearth. Взято отсюда.

Электронное СМИ «Интересный мир». Выпуск №69 от 16.05.2012

Наверное, это был самый дорогой час в моей жизни. 400$ — именно столько стоит permit на час общения с горными гориллами в ДР Конго (бывший Заир). Учитывая, что всю восточную часть контролируют повстанцы, то вряд ли эти деньги идут в Киншасу.

Но это того стоило! Когда в полутора метрах от тебя проходит двухметровый глава семейства, сердце замирает, и понимаешь, что этот час прожит не зря.

Всего в мире сейчас насчитывается около 800 особей горных горилл (все в центральной Африке — Уганда, Руанда, ДР Конго). В лесах национального парка Вирунга обитает несколько семей, которые посещают туристы. Семья состоит из вожака, нескольких самок и молодняка. К одной семье в гости может прийти в день максимум 6 человек и всего на 1 час. Нас было как раз шестеро. Пройдя небольшой инструктаж и получив марлевые маски (чтобы не дай Бог не заразить чем-нибудь и без того редкий вид), мы отправились в путь. Гориллы не сидят на одном месте. Каждый день семья перемещается на новое место. Рейджеры парка отслеживают эти перемещения, поэтому удачный гостевой визит практически гарантирован.

Примерно час мы шли по местным деревням, картофельным и кукурузным полям. Почва здесь очень плодородная, поэтому сельское хозяйство процветает.

Местные девушки могут рассказать Вам ВСЁ о центре тяжести. Тяпка не просто лежит. При повороте головы она крутится как пропеллер и не падает.

И вот мы входим в лес. При входе потёртая табличка парка.

Около полутора часов мы углублялись всё дальше и дальше. Рейнджеры размахивали мачете направо и налево. Сначала шли по протоптанной тропе, а потом, когда уже напали на след, отчаянно продирались сквозь девственные джунгли самого сердца Африки.

Тра-та-та-та-та! Что за звук? Это они! Это самец колотит себе кулаками в грудь! Мы совсем рядом! Что-то большое и черное прошло в зарослях метрах в 10. Сворачиваем туда. Вскоре встречаем двух молодых особей. Они играют в вольную борьбу, кувыркаясь на траве.

Мы стоим совсем рядом, в 2-х метрах, и наблюдаем за дружественным поединком. И вдруг один из них поворачивается к нам, подбегает к Насте и хлопает её по плечу — «Айда с нами кувыркаться!». Рейнджеры не оценили этот искренний порыв души и лёгким движением сапога отогнали аборигена.

Начал накрапывать дождь, и вскоре парочка, наигравшись, удалилась в заросли. Мы последованили за ними и тут же наткнулись на главу семейства.

Дождь усилился и вскоре перерос в настоящий тропический ливень. Мы спрятались под большим раскидистым бамбуковым кустом. Хозяева во главе с вожаком вскоре к нам присоединились. Этот момент я запомнил на всю жизнь. Из-за угла выходит мини Кинг Конг, проходит мимо меня, и садится в трех метрах, отвернувшись и взявшись руками за бамбуковый ствол:

До начала ливня мы успели пообщаться с гориллами всего минут 10. И вот, дождь льет и льёт. Мы уже промокли насквозь. Фото и видео техника вся спрятана в рюкзаки от воды, которая повсюду. Гориллы все рядом. Кто-то кушает тростник, кто-то играет и резвится, а вожак с философским выражением лица задумчиво пережидает дождь, размышляя о смысле жизни.

Я, конечно, не первый раз промокал под дождём, но вот за 400 баксов в час точно впервые. К счастью, минут через 25-30 дождь прекратился, и мы продолжили общение. Промокли до нитки все — и мы, и наши далёкие предки.

Время неумолимо таяло. А так не хотелось уходить.

Недалеко от нас самка лежала с всего двухнедельным новорождённым детёнышем.

Мы двинулись в обратный путь. Нас ждал ужин и ночевка в палатках Горилла Парка. Очень красивое место.

За ужином мы всё ещё вспоминали удивительную встречу с семейством горных горилл, но уже начинали предвкушать завтрашнее восхождение на вулкан Ньирагонго и ночёвку «на берегу» лавового озера. Неужели оно действительно существует, и мы его увидим! Пока в это верилось с трудом.

Автор shukerearth. Взято отсюда.

Электронное СМИ «Интересный мир». Выпуск №69 от 16.05.2012

Во многих странах мира иностранные туристы рискуют быть похищенными, захваченными местными повстанцами-боевиками, взорванными в отеле или заразиться экзотическими инфекциями. Пребывание в этих государствах иностранцев с трудом можно назвать отдыхом — скорее, игрой со смертью.

Среди самых опасных для путешественников направлений специалисты называют страны Африканского континента — из-за непрекращающихся в них войн, нехватки продовольствия и беззакония. Достойную конкуренцию им составляет Ближний Восток — в первую очередь из-за терактов, устраиваемых боевиками-исламистами.

Учитывая мнение экспертов и отзывы опытных путешественников, журнал «Корреспондент» составил список десятка стран с максимальным уровнем опасности для туристов.

Сомали: Пиратская правда

Авторитетная британская консалтинговая компания Maplecroft второй год подряд ставит Сомали во главе рейтинга самых опасных государств мира. С тех пор как в 1991 году от власти в Сомали был отстранен диктатор Мухаммед Саид Барре, страну раздирает межклановая война.

Ее прибрежные воды кишат пиратами, грабящими иностранные суда и убивающими туристов, осмелившихся появиться в подконтрольных им водах Индийского океана. Центр и юг страны, которую теперь называют государством без государства, контролирует близкая к Аль-Каиде радикальная исламская группировка «Аль-Шабаб».

На «своих» территориях исламисты запретили деятельность иностранных гуманитарных организаций и ввели законы шариата. К примеру, женщину могут высечь за ношение неисламской одежды, а мужчину — за шорты. Помимо этого, боевики запретили рингтоны для мобильных телефонов (кроме сур из Корана), танцы и музыку на свадьбах, а также просмотр футбольных матчей.

Из-за внутренних распрей здесь свирепствует голод, и сами сомалийцы стараются бежать в соседнюю Кению. По данным ООН, сейчас в государстве от недостатка продовольствия страдают более 3 млн человек.

В то же время, помимо пиратов, Сомали славится археологическими памятниками афро-арабской архитектуры. Также путешественники утверждают, что именно в этой стране берег Индийского океана особенно хорош.

Афганистан: Наркотическая плантация

По подсчетам аналитиков Maplecroft, в прошлом году в Афганистане было совершено 3470 терактов, что является наивысшим показателем в мире. Хотя войска США, ведущие в Афганистане войну против исламистского движения Талибан, частично контролируют ситуацию в стране, за безопасность туристов они не ручаются. Так, недавно талибами были убиты иностранные туристы — шестеро немцев и двое американцев.

Опытные путешественники не советуют приезжим пользоваться услугами местных таксистов: пассажиров такси легко похитить.Иностранцам не стоит забывать и тот факт, что страна за последние десять лет превратилась в наркогосударство: теперь в ней производится около 90% мирового объема опиатов.

К тому же, по данным последнего исследования фонда Thomson-Reuters, Афганистан является самой опасной страной в мире для пребывания в ней женщин. Вынося этот вердикт, эксперты учитывали такие факторы, как состояние системы здравоохранения, случаи насилия сексуального и несексуального характера, особенности культуры и доступ к материальным ресурсам.

Государство славится своими многочисленными мечетями и мавзолеями, однако путешественники главным его достоянием называют ландшафт — первозданные горы, долины, реки и озера.

Ирак: Эхо войны

После вывода боевых частей армии США этнические и религиозные проблемы современного Ирака так и остались нерешенными, а теракты и случаи похищения людей до сих пор являются привычными буднями для местного населения. По данным ООН, от различных видов вооруженного насилия в прошлом году в Ираке погибли 3 тыс. мирных граждан.

В стране не прекращаются нападения на правительственные здания, полицейские участки и объекты иракской армии, банки, офисы местных и иностранных компаний, медицинские учреждения. Путешественники обращают внимание и на то, что из-за войны в стране сильно разрушена инфраструктура.

Сегодня в Ираке развивается лишь паломнический туризм. Посетить многочисленные религиозные святыни страны спешат жители Ирана, Сирии, Бахрейна и других мусульманских стран. Ценителей исторических и археологических памятников значительно меньше — за последние два года территорию Вавилона, а также древние города Ур и Мосул посетили лишь 165 иностранных туристов.

Конго: Черное место

В Демократической Республике Конго свои представления о демократии. В этой огромной стране в Центральной Африке на протяжении многих лет не прекращается гражданская война, поэтому любители тропических растений и редких животных, рискнувшие приехать сюда, могут наткнуться в джунглях на скрывающихся от правительственных войск повстанцев.

ООН назвала Конго мировой столицей изнасилований, которые здесь считаются одним из методов ведения войны. По подсчетам американских аналитиков, каждый час в стране насилуют около 48 женщин и девочек. Жертвы нередко заражаются СПИДом. Проблему распространения заболевания усугубляет и то, что многие конголезцы отказываются сдавать необходимые анализы из-за боязни быть отвергнутыми обществом.Несмотря на все опасности.

Конго манит туристов водопадами и огромными национальными парками-заповедниками, занимающими около 15% территории страны. Влажный климат и слабое индустриальное развитие позволили сохранить в первозданном виде тропические леса с уникальной флорой и фауной. Гевея, красное и эбеновое дерево достигают в высоту десятков метров, образуя густые тропические чащи. А жирафы, гиппопотамы, антилопы, гепарды, львы, а также редчайшие виды обезьян привлекают внимание не только путешественников, но и ученых.

Причем Конго является единственным государством в мире, на территории которого водятся окапи — парнокопытные лесные животные, сочетающие в себе черты зебры и жирафа.

Пакистан: Террористическая база

Ликвидация террориста номер один Усамы бин-Ладена не принесла долгожданный мир в эту страну, и туристам по-прежнему рекомендуют воздержаться от поездок в Пакистан. В Исламабаде и других крупных городах не прекращаются террористические атаки, жертвами которых становятся десятки людей.

Мишенями террористов-смертников часто оказываются иностранцы. Так, в Пакистане уже взлетали на воздух такие фешенебельные отели, как Marriott и Pearl Continental Hotel. В результате погибли десятки приезжих.

Гости Пакистана обращают внимание на антисанитарию и острую нехватку воды в стране, ставшие причиной распространения многих инфекционных заболеваний.

Несмотря на разгул терроризма, здесь сохранились уникальные памятники архитектуры. К примеру, беломраморная мечеть Общества национальной защиты имеет самый большой купол в мире. Более того, мало кому известно о христианских культурных памятниках этой исламской страны — соборе Святой Троицы и церкви Святого Андрея. Самой таинственной местной достопримечательностью является зороастрийская Башня молчания — место, где зороастрийцы согласно своим традициям оставляли мертвых на съедение стервятникам.

Зимбабве: Большой голод

Голод, рекордная инфляция и перманентная эпидемия холеры являются особенностями Зимбабве. Ранее путешественники отмечали, что в стране невозможно купить даже базовые продукты питания: цены на них менялись несколько раз за сутки. Затем правительство пошло навстречу туристам и просто отменило национальную валюту — теперь в стране обращаются в основном доллары США и британские фунты.

Все же европейцам не рекомендуют посещать Зимбабве, так как государство известно своим белым расизмом. Начиная с 2000 года правительство во главе с президентом Робертом Мугабе развернуло земельную реформу, в ходе которой у белых землевладельцев насильно отбирали имущество и отдавали чернокожему населению. Белокожих жителей Зимбабве нередко избивали и выгоняли из страны.

В то же время именно в Зимбабве находится наибольший водопад мира — Виктория. А многочисленные ущелья и пороги протекающей здесь реки Замбези приводят в восторг любителей рафтинга.

Гаити: Убитая страна

Омываемый водами Атлантического океана и Карибского моря остров Гаити с его среднегодовой температурой 25 °С мог бы стать настоящим туристическим раем. Однако сейчас из-за царящего внутри страны беззакония Гаити называют не полноценным государством, а скорее его имитацией.

В последние годы своеобразный пейзаж острова составляют разрушенные землетрясениями и оползнями населенные пункты, а также опустошенные вследствие тропических штормов пляжи. Стихийные бедствия повлекли небывалое мародерство и разгул бандитизма, в борьбе с которым местные стражи правопорядка оказались бессильными. Многие жители страны вынуждены обитать во временных лагерях, где они лишены элементарных бытовых удобств.

Отсутствие базовых санитарных норм привело к массовой эпидемии холеры, число жертв которой уже приближается к 6 тыс. Количество же заразившихся составляет десятки тысяч человек.

Мексика: В руках мафии

Главной проблемой Мексики туристы называют наркоторговцев, повсеместно предлагающих широкий ассортимент своего товара — от марихуаны и кокаина до синтетических наркотиков. В стране действуют как минимум семь крупных наркобанд, прямо на улице устраивающих перестрелки, под перекрестный огонь которых могут попасть как местные жители, так и иностранные туристы.

Начиная с 2006 года от рук наркомафии в стране погибли около 30 тыс. человек. На наведение порядка полицией полагаться не стоит, так как нередко она вовлечена в деятельность мафиози.

Также Мексика занимает первое место в мире по количеству случаев похищения людей с целью выкупа. По сообщению местных властей, если в 2008 году в стране было зарегистрировано 9855 похищений, то уже в 2010-м — 13505. Сегодня в Мексике в среднем похищают около 45 человек в день.

Если в глуши находятся подпольные лаборатории, где производят наркотики, то перестрелки, устраиваемые мафиози, зачастую происходят в больших городах, где они ведут бизнес. Однако, по утверждению самих мексиканцев, в каждом городе есть районы, где можно чувствовать себя в безопасности.

Власти обеспечили спокойный отдых в курортной зоне страны — городах Канкуне, Лос-Кабосе, Ривьера-Майе, популярных в первую очередь среди американцев. Менее безопасным считается город Акапулько, где любят отдыхать сами мафиози.

Мексика как родина древнейших цивилизаций майя и ацтеков, как магнит, притягивает туристов со всего мира. Древний город майя Чичен-Ица с его пирамидами, храмами и статуями входит в новый список чудес света.Чистейшие пляжи, снежные вулканы и джунгли дополняют пейзаж этой страны.

Колумбия: Убийственная ситуация

Наркотики, повстанцы-леворадикалы и кровопролитие являются неизменными атрибутами имиджа современной Колумбии. Это латиноамериканское государство вошло в Книгу рекордов Гиннесса по количеству убийств. Согласно статистике, ежегодно из 100 тыс. жителей здесь насильственным образом лишают жизни 65 человек.

Уровень преступности в Боготе называют наивысшим в Латинской Америке. К примеру, недавно в колумбийской столице бандитами был убит состоятельный россиянин, которого предварительно заставили снять с банковской карточки все сбережения. Хотя количество убийств не единственный рекорд Колумбии.

По данным ООН, эта страна является мировым лидером по производству кокаина. Подобно Мексике, здесь также высок риск быть похищенным. Однако промышляет этим не только мафия, но и так называемые революционеры — сторонники Революционных вооруженных сил Колумбии (ФАРК).

Третий рекорд Колумбии — это площадь заминированной территории. В среднем каждый день трое местных жителей подрываются на мине.

Несмотря на множество опасностей, количество путешественников, посещающих Колумбию, растет. Так, за первый квартал прошлого года страну посетили более 345 тыс. туристов, что на 10% больше, чем за аналогичный период 2009 года.

Колумбия славится не только как родина легендарного мафиози Пабло Эскобара, но и как удивительно веселая страна, где ежегодно проводятся карнавалы, музыкальные фестивали и праздники цветов. Кроме того, путешественники навсегда влюбляются в ее неповторимый ландшафт — Карибское побережье, вулканы и обширные равнины.

Палестина: Нерождественские истории

Из-за обострения арабо-израильского конфликта туристов нередко призывают воздерживаться от посещения Палестинской автономии, на территории которой, в Вифлееме, расположена известная христианская святыня — храм Рождества Христова, ежегодно посещаемый миллионами паломников.

Также безопасности внутри страны угрожает и противостояние местных политических группировок, ФАТХ и ХАМАС, а также их невозможность создать единое правительство. Боевики ХАМАС периодически совершают теракты в соседнем Израиле, который в ответ открывает огонь по территории Палестины.К тому же в периоды обострения противостояния с Израилем Палестина нередко оказывается отрезанной от внешнего мира, а внутри страны наблюдается острая нехватка продовольствия и питьевой воды.

Все же, несмотря на прохаживающихся вокруг людей с автоматами, туристы выстраиваются в огромные очереди, мечтая прикоснуться к серебряной звезде, обозначающей место рождения Иисуса Христа, и увидеть ясли, в которые, по преданию, его положила дева Мария.

Взято отсюда. Источник: korrespondent.net

Электронное СМИ «Интересный мир». Выпуск №69 от 16.05.2012

Вечерним автобусом мы выехали из столицы Боливии Ла-Пас в сторону знаменитого солончака Уюни. Мечта посмотреть его была давней, и она вот-вот должна была осуществиться. Всего-то 12 часов тряски по не самым лучшим дорогам Боливии — и мы в крошечном городке Уюни, из которого собственно и возят смотреть солончак.
Выспаться нормально не удалось, и мы приехали в Уюни довольно разбитыми, но тем не менее полными энтузиазма сразу же найти и арендовать джип и помчаться наконец навстречу мечте.

Мечту мы выторговали в одном из крошечных турагентств, заполонивших городок, за 450 долларов — это трехдневный приватный тур по солончаку и Альтиплано на джипе с водителем и кухаркой, которая должна в течение поездки заниматься приготовлением еды. Меню нужно оговорить сразу при заказе джипа — лучше прописать, чем именно вы хотите питаться, иначе на свое усмотрение они накупят дешевых макарон и колы. Насчет кухарки мы договорились со второй попытки — сначала нам пытались втюхать женщину с трехлетним ребенком, утверждая, что он не будет нам мешать. Я как мать шестилетнего прекрасно помню, что такое трехлетний ребенок. Да еще, представьте себе, в замкнутом пространстве машины в течение трех дней! В общем, велено было отказать. Тогда нам привели какую-то первую попавшуюся племянницу чьей-то родственницы, девицу лет 16-ти. Убедили, что суп она варить умеет, и мы согласились, ок, уже влом было спорить и жать чуда.

Ну и еще момент — конечно же все пытаются вас нае…ть. Например, зазывают к себе в офис, утверждая, что именно у них две ночи и три дня будет стоить N денег. Тебя устраивает, ты соглашаешься, и в момент, когда ты уже готов подписать договор, они совершенно на голубом глазу начинают говорить, что дескать, вы не так поняли — имелась в виду одна ночь и два дня за эту сумму. Короче, какие-то идиотские совершенно попытки развести, непонятно на кого рассчитанные.

В общем, в течение трех часов мы нашли турагентство, договорились о сумме, кухарка съездила на рынок за продуктами, а мы в это время успели сходить в ближайший отель просто принять душ, это можно сделать за 10 солей кажется, что в любом случае актуально и приятно после 12-часового переезда на автобусе.

И в 11 утра, полностью экипированные, мы выехали в сторону солончака Уюни.
Ухх! Пару километров от городка и тебя ослепляет белоснежная соляная равнина, бывшая когда-то огромным озером.

Добыча соли — один из важнейших промыслов для местных (помимо туризма) . Они собирают соль в такие вот пирамидки.

Не удержалась от желания сфотографироваться здесь в обнаженном виде. Водителя с кухаркой отправили подождать нас за километр отсюда, чтобы не глазели.
Да, днем в пустыне очень жарко, а вот вечером или на рассвете такой трюк вряд ли бы удался — температура падает с темнотой до нуля градусов, а ночью еще ниже.

Иринка была скромнее. Зато на джипе.

А это вид на меня и солончак с высоты джипа.

Другие туристы тоже развлекаются — скачут и фотографируются.

Наш водитель Кристобаль останавливается у сероводородных источников, которые пробиваются сквозь корку соли.

Выглядят они интересно, а вот пахнут не очень.

Пустыня завораживает. Вокруг белоснежная равнина, а на горизонте — горы и «острова», которые выглядят так, как будто они полностью отражаются в поверхности солончака, как будто они висят в воздухе. Но это не отражение, это мираж, иллюзия, обман зрения…

Вот откуда берутся мифы о пришельцах на летающих тарелках.

А вот и первый вулкан на нашем пути.

У подножия вулкана, вдоль «берега», проступает вода, она нагрета солнцем — горячая и очень соленая.

У подножия вулкана — маленькая деревенька. Вон те ворота обозначают въезд в нее со стороны солончака.

Сложно представить, чем живут эти люди в таких условиях, кроме того, что пытаются содрать с туристов дань за посещение их деревни.

А, ну да — есть животноводство. Вдоль соляного озера тянется полоса земли, поросшей травой. Там могут жить ламы.

Покидаем деревню и едем к тому самому острову, который издалека выглядел как летающая тарелка. А на самом деле…

Это действительно некогда был остров посреди гигансткого озера. Сейчас озеро пересохло. А острова остались. Они поросли гигантскими кактусами. Наверное, это единственное растение, которое смогло приспособиться к такой среде — перепады температур, сумасшедшие ветра, минимальная влажность…

Но приспособились они действительно неплохо. На табличках пишут возраст некоторых кактусов — 900 лет!

С трудом поднявшись на самую верхушку острова (ветер буквально сбивает с ног), обнаружили там смотровую площадку и место для пожертвований. Бросили монетку.

Виды вокруг просто нереальные. Мы с Иринкой переглядывались всё время, а в глазах был вопрос: Что это? Где мы ?

Для масштаба — я и кактусы.

Тем временем солнце стало быстро клониться к закату, и благодаря боковому свету пустыня стала выглядеть еще более фактурной.

Поймала Иринку, спрыгивающей с крыши джипа.

Вот так выглядит педикюр после дня прогулок по соляной пустыне.

К моменту, когда стемнело и стало окончательно холодно, наш джип приехал в соляной отель. Там действительно всё из соли — полы, стены, кровати — всё из соляных блоков.
Голодные и промерзшие, мы дождались горячего супа от кухарки, достали бутыль «Смирнофф» и всех напоили. Включая гида соседней группы. Наш водитель и Иринка на следующее утро чувствовали себя неважно. Видимо, «Смирнофф», купленый в Ла-Пасе, был паленым.

Утро в соляном отеле, 6 утра. Иринка грустит на соляной кровати.

Но приходится продрать глаза, и выйти на улицу. Сонные туристы из другой группы медитируют на пейзажи…

Кристобаль везет нас к вулканам. Мы пытаемся проснуться. Вон тот вулкан видите? Он действующий, пускает всё время струйки дыма.

А это какой-то то ли мох, то ли, бог его знает, что, но это местная достопримечательность. Прикольный…

От открывающихся красот сон уходит сам собой. Мы поднимаемся всё выше — высота уже где-то около 4000 метров, сердце бьется чаще — то ли от высоты, то ли от захватывающих дух пейзажей. Наверное, и от того, и от другого.
Выскакиваю из джипа, чтобы снять стайку викуний.

А вот и джип. Вид со стороны на фоне вулканов, вершины которых покрыты снегом.

Остановка у одной из лагун, где обитают розовые фламинго. Они ходят по сероводородной жиже и выискивают там микроорганизмы.
Вообще, я думала раньше, что фламинго — это такие божественно-изящные интеллигентные птицы. Но когда видишь их живьем, складывается совершенно другой образ — они крикливые, драчливые, капризные и очень смешные.

Но на фото — опять притворяются королевишнами и королевичами.

Фотоохота на фламинго.

Очередной обеденный перерыв — наша помощница готовит еду. Кстати, с ней связано два забавных эпизода.
Во-первых, как выяснилось, она, хоть и прожила всю жизнь в городке Уюни, ни разу не ездила ни на солончак, ни к лагунам. И даже выбравшись чисто случайно с нами, особого интереса не проявляла. В то время как мы ходили с открытыми ртами и требовали постоянно остановиться, чтобы всё посмотреть и сфотографировать, она тупо играла с мобильником. Для нас такое равнодушие было очень удивительным.

И еще повеселило. В машине играл диск, сборник какой-то латиноамериканской музыки, среди которой попадались и очень известные песни например Roxette и Робби Уильямса, но перепетые на испанском. Причем, перепетые именно самими Роксетт и Робби. Видимо, приходится таким образом осваивать латинский рынок. Так вот, когда мы спросили, нравится ли ей Роксетт, она сказала — да, мол, нравится, но она слышала только две песни. На наш вопрос, а слышала ли она их в англоязычном варианте, девочка искренне удивилась: «А что, они еще и на английском поют?!»
Ну, да ладно, едем дальше.

Высадившись из машины, пошли гулять вдоль лагуны и чуть не попали в песчаный вихрь — он прошел в нескольких метрах от нас. Очутиться в его эпицентре было бы совсем неприятно. А вообще, это очень распространенное явление на Альтиплано. Иногда торнадо бывают действительно мощными — мы попали в такой, остановившись в деревенском кафе на обратном пути. Хорошо, что были внутри здания. Местные-то заранее чувствуют приближение торнадо по своеобразным порывам ветра и прячутся в домики, закрывая плотно окна и двери.

Ну, телевика у меня с собой не было, поэтому придется поверить на слово, что на этой фото — страус и вон та маленькая точечка — его дитеныш страусенок.

Пейзажи меняются и становятся все более инопланетными с набором высоты — мы уже почти на 5000 метров.

Были озадачены этим указателем. Туалет так и не нашли.

Это одна из самых интересных остановок — высокохудожественно обветренные куски древней магмы, принявшей самые невероятные формы.

Заряжаюсь космической энергией.

В стороне проносится еще чей-то джип, поднимая клубы песчаной пыли.

Глядя на эту фотографию, я прямо-таки физически ощущаю холод и ветер, хотя кажется, что там солнце и жара. Но на самом деле солнце уже садится и буквально за пару часов с плюс 20 температура падает до плюс 10.

Сюрреалистические камни просто завораживают…

Я рядом для масштаба.

А вот еще один житель долины камней — пустынный заяц.

Как я уже говорила, телевика у меня не было… А вот у Иринки он был, и ей удалось снять этот замечательный портрет, который я просто обожаю.

Попрощавшись с зайцем, торопимся встретить закат у Лагуны Колорадо. Место конечно удивительное — лагуна переливается разными цветами в зависимости о времени суток и направления ветров. Такой оттенок ей придают водоросли, которые вырабатывают специальное вещество, чтобы защищаться от сильного ультрафиолетового излучения.

Берега лагуны усыпаны черным вулканическим песком.

Видимо, здесь обитает много разной живности.
Вообще, Альтиплано уникально еще тем, что условий для жизни человека здесь нет. И это прекрасно. Природа совершенно нетронутая — действительно в диких условиях обитают фламинго, зайцы, страусы, викуньи. Туристов настолько незначительное количество, что они не успевают как-то повлиять на естественное течение жизни этой марсианской провинции.

Однако, хоть туристов, в принципе, немного, но и мест ночевки совсем мало — на территории заповедника Лагуна Колорадо есть лишь несколько бараков, где путешественники могут бросить кости. К сожалению, я почему-то не сняла, как выглядят эти бараки. Но, короче поверьте на слово — они выглядят как бараки.
Внутри нет отопления, двери комнат без замков, температура внутри не намного выше, чем снаружи. А снаружи ночью она опускается до минус десяти-минус двадцати. Свет бывает только два часа в сутки. Раковина и туалет — один на весь барак.

Изучая заранее информацию об Альтиплано, мы взяли с собой теплые куртки, шапки, термобелье, шерстяные носки. И всё это нам очень пригодилось. Ночью мы укрылись пятью шерстяными одеялами, оделись во все что было, ну и в итоге даже согрелись.

Но вот вылезать в 4 утра (к рассвету надо было уже доехать до остановки с гейзерами) из-под этих одеял в жуткий дубак, идти в темноте чистить зубы ледяной водой в конец коридора, освешая путь налобным фонариком — это было ни с чем несравнимое ощущение.

Трясущиеся и замерзшие погрузились в джип и в потемках отправились в путь.
Высота 5000 метров.
Остановка.
Отвал башки. Из-под земли мощными потоками вырывается газ, воняющий сероводородом. Зрелище потрясающее, несмотря на запах.

Подъехали другие джипы. И тут парни стали сначала трогать газ руками, а потом и с разбегу перепрыгивать через него. Смотреть было страшно.

Но и не сделать также было уже как-то даже стыдно. Не было бы в архиве такого кадра! И я решилась.

И Иринка тоже. Ощущения незабываемые — ты с разбегу врываешься на долю секунды в поток горяченного пара, и снова оказываешься на морозе.

А холодно очень. Минус 8 где-то к рассвету. Гулять тяжело, высота дает о себе знать — ноги ватные, дыхание учащенное, жуткая отдышка. Но ты стараешься не думать обо всем этом, потому что вокруг — неземная красота!

Сероводородный пар поднимается из недр.

Заглядываю вглубь.

Руки, ноги, голова — всё дико мерзнет. Хотя мы и взяли теплую одежду, но она все равно не рассчитана на такой мороз и ветер. Садимся в машину, пытаемся согреться. Солнечные лучи стремительно заливают всё вокруг.

Едем с открытыми ртами — это и правда похоже на путешествие на другую планету…

И тут мы видим купающихся людей. Шок! Как можно раздеться в минусовую температуру?!

Да вот так! На счет раз-два-три! Скидываем куртки, штаны, носки, шапки — и вперед — в термальный источник! Вода в нем — идеальной температуры — настолько горячая, что еще чуть-чуть, и было бы уже невозможно горячо, но тут — в самый раз, чтобы прогреть основательно продрогшие кости.

Мы отмокали где-то час, вылезать не хотелось совершенно. В какой-то момент организму стало настолько тепло, что можно было легко вылезать из воды и не чувствовать холода. Ну, как после бани.

Балдеж! Стоило не мыться нормально два дня и мерзнуть по ночам, чтобы потом испытать ЭТО! Всё-таки, кайф — он в контрастах!

А вокруг — такие же совершенно счастливые люди. И все чувствуют это блаженство. И все чувствуют, что другие это тоже чувствуют. И всем очень хорошо. Просто невероятная энергетика!

Вот так лежишь и любуешься фантастическими пейзажами…

Но водитель зовет нас завтракать и ехать дальше. Как же приятно было покушать и попить горячего чаю после таких ванн! Нагретые и сытые, идем гулять…

и кормить остатками хлеба чаек…

Но нас ждет что-то еще. Это еще не конец программы. Мы едем дальше, к самой южной точке Боливии, туда, где она граничит с Чили и Аргентиной.

Проезжаем «Камни Дали» — очередной сюрреалистический пейзаж.

Глядя вокруг, не верится, что это всё на планете Земля…

Наша финальная цель — Лагуна Верде. Уникальное по красоте место, бриллиант Альтиплано.
Вода в ней удивительного изумрудного цвета.

А за ней — вулкан Ликанкабур, за которым уже граница с Чили.

Снимаю, снимаю, снимаю — остановиться невозможно.

И рядом с лагуной Верде еще другие фантастические водоемы, переливающиеся нежнейшими оттенками голубого и розового.

Я вот, признаюсь честно, даже слезу пустила от нахлынувших чувств — так всё это было изумительно прекрасно!

Но пора возвращаться. Обратный путь — 10 часов на джипе до Уюни.

Спускаемся ниже — тут уже и травка зеленеет, и живность пасется. Возврашаемся на Землю.

Заночевав в Уюни, утром мы вылетаем на самолете в Ла-Пас.
Вот так выглядит взлетно-посадочная. Рабочие на тележках везут наш багаж. Ждем самолёт. Он летает раз в в день. Сейчас он должен прибыть из Ла-Паса и полететь обратно уже с нами.

Вот он, красавчик, приземлился.

У пилотов перекур.

Позирую у винта. Крутанула его даже.

А вот так внутри салона: сиденья в один ряд, пройти можно только согнувшись в три погибели. Ох, я и натерпелась страху, пока мы летели. Самолетик-то маленький, колбасит его от малейшей воздушной ямы, он проседает резко, трясется — ух! В общем, людям с аэрофобией не рекомендуется.

Автор Бурулёва Юля. Взято отсюда.

Электронное СМИ «Интересный мир». Выпуск №69 от 16.05.2012

Ангкор-Ват — громадный храмовый комплекс, посвящённый богу Вишну.

Комплекс находится примерно в пяти километрах от города Сиeмреап, в котором я и остановился. Сиемреап был небольшой деревней, когда первые французские исследователи в 19 веке заново открыли Ангкор. Ещё в те времена Сиемреап стал расти на первых волнах туризма, и сегодня он является самым быстрорастущим городом Камбоджи.

Тук-тук, за 15$ США, начиная с ночи, чтобы встретить рассвет и заканчивая закатом, рикша катал меня целый день.

Рассвет в Ангкор-Ват. Каждый день в это место съезжаются сотни, тысячи туристов. Тук-тукеры вроде на гонках, спешат, везут своих туристов обгоняя друг друга.

Ангкор-Ват – одна из самых главных и раскрученных достопримечательностей Камбоджи. Есть храмы и поинтереснее, и покрасивее, но каждый считает, что здесь надо отметиться, побывать обязательно, это как побывать в Париже и не увидеть железную леди, Эйфелеву башню. Я так и сделал, первым делом посетил Ангкор-Ват, о чем нисколько не жалею.

Храмовый комплекс окружён рвом с водой, шириной 190 метров.

Эта специальная лодка для сбора плавающего в воде мусора.

Билет на посещение храмов стоит один день 20$, два – 40$.

Ребята ждут проходящих туристов и предлагают купить сувенир-безделушку.

Главный вход в Ангкор Ват.

Фотограф

Молодой художник объяснил мне, то что он пишет здесь, я не найду, это всё у него в голове.

Комплекс состоит из большого внешнего двора, огороженного стеной, и центральной платформы, на которой возведено сооружение из трех концентрических строений, — собственно храм, на котором я сейчас и нахожусь, чтобы сделать это фото.

Этот гигантский храмовый комплекс был построен царем Сурьяварманом ІІ.

Красиво наряженные персонажи для яркой фотографии с туристами на память о Камбоджи.

Монахи пришли так же как и все на экскурсию, фотографируются на память, всё интересно как и нам.

Как у нас возле церкви просят милостыню, так здесь бабулька разложив пакет, в ожидании, что ей кинут в него пластиковую бутылку.

Свежий фреш.

Охраннику очень понравилось, что я его фотографирую, и он с друзьями решил попозировать.

Коромысло как и везде, а вот вёдра интересные.

Напротив комплекса стоянка тук-тукеров и небольшой базарчик – фрукты, вода, пиво, сувениры. Деньги на местную валюту можно даже не менять, в ходу доллары США.

Местное пиво.

Пару марсианских картинок.

Автор Игорь Виноградов. Взято отсюда.

Электронное СМИ «Интересный мир». Выпуск №69 от 16.05.2012

Cтюардессы Air Arabia, с которыми я подружился по ходу 5-и часового полета из Эмиратов в Бангладеш, охарактеризовали бангладешскую столицу так: «Их ужасно много, они все бегают туда-сюда, писаются по углам, дышать нечем от загазованности, и криминал …ну, своебразно, удачи вам». При этом девушки сопроводили свои слова жестами, изображающими суету. Я спросил: «Примерно как в Индии?», но те отрицательно зацокали языками «Нет, там намного хуже, чем в Индии». Надо сказать, что известный путешественник Владислав Крыштановский, с которым довелось встретиться в Израиле, тоже выдал мне не самое радужное напутствие насчет Бангладеш, схожее по смыслу со сказанным стюардессами. И тоже пожелал удачи. Ох уж эти пожелания удачи, высказываемые с жёсткой иронией, не обещают они ничего радостного. Испытание впереди, чертово испытание.

Немного лирического о Бангладеш

У каждого человека есть свой порог чувствительности. Есть у меня знакомый, прошедший от звонка до звонка Афганистан, подполковник в запасе, неоднократно раненный, участвовавший во многих боевых операциях. Ничего человек не боится. А кровь из вены сдавать — впадает в панику. Кстати, у меня та же проблема, мало чего боюсь в жизни, но только не кровь сдавать, это выше моих сил. Собственно, к чему я это? У каждого из нас есть маленькие, порой скрываемые фобии. В обычной жизни эти фобии практически не мешают, спят себе и никого не трогают. Но чем выше концентрация стрессовых ситуаций, тем выше риск, что ваши мелкие фобии выползут наружу. И вам будет неприятно.

Вы живете в большом городе, скажем, в Москве? Вас утомляют толпы в метро в час пик? Теперь представьте, что людей еще больше, чем в вашем городе — около 30 миллионов жителей. И метро нет, как класса. При этом, дороги впятеро уже (нарисуйте мысленно МКАД по одной полосе в каждую сторону) и вдесятеро более разбитые, грязи в сто раз больше. И никакой, даже самой минимальной инфраструктуры, без которой не может жить большой город. Добавьте едкий смрад от выхлопа миллионов старых калымаг. Это не просто слова. Реально нечем дышать, к вечеру начинает болеть голова, а из носа высмаркиваются хлопья грязи. Помните лесные пожары двухлетней давности и дым, от которого даже наглухо запертые окна не спасали? Так вот, в Дакке такой смрад и смог стоит круглый год, они привыкшие. И если перечисленного вам все еще мало, то, «до кучи», накиньте жару в 40 градусов и абсолютную влажность.

Знаю, есть такая новомодная тенденция, когда европейцы, чья жизнь лишена стрессов, а пенсия гарантирована государством, хотят вкусить экзотики. Они приезжают в подобные страны и живут какое-то время так, как живут местные жители. То есть кушают где попало, гуляют босиком по улицам, ездят самым дешевым общественным транспортом. Не случайно я сделал акцент на словах «какое-то время», ибо надолго их не хватает. Обретя вшей, расстройство желудка (хорошо, если не дизентерию), непонятные язвочки на теле и странное воспаление глаз, они резко собирают рюкзак и отбывают назад в Европу. Курс познания пройден, теперь, после курса лечения, можно посвятить себя более культурным странам, а рассказов из серии «Как мы в молодости покоряли Восток» — хватит до пенсии.

Хроники дискомфорта — отели

Если вы хотите минимальный комфорт (кровать, кондиционер, душ), то дешевле 50-60 долларов ничего в Дакке нет. Не правда ли, странно для одной из беднейших стран мира, где месячный доход среднего жителя не превышает $50-70? Полагаю, что тотальная коррупция и бардак не дают развиваться частному бизнесу. Предполагается, что турист — человек богатый, пусть платит. А если вы бедный — спите в ночлежке. Есть и ночлежки, да, всего за треть доллара в день, причем в самом центре города, очень удобно -

Друзья, ни капли не прикалываюсь. На самом деле выбора практически нет. Пошерстите туристические форумы и путеводители, даю гарантию, что на всю Дакку вы найдете от силы десятка три-четыре отелей. На минутку, в городе около 30 миллионов населения, даже в Москве, испытывающий острый недостаток отелей, их все же в двадцать раз больше. Из имеющихся нескольких десятков, большая часть будет стоить от 100 и более долларов в сутки. Вот и все. Другие варианты — чудовищные ночлежки, в которых, уверяю вас, даже самый небрезгливый автостопщик жить не станет. И не потому не станет, что за окном шумно или стены грязные. А потому не станет, что закусают блохи и комары (малярию никто не отменял), вещи украдут, помыться негде. После таких ночлежек первым делом надо посетить кожника, от греха подальше. Кстати, замечено, что в Дакке многие чешутся, и еще принято вычесывать друг-друга на предмет вшей и смачно раздавливать их ногтями. Вот наш отель, за который отдано порядка 60 долларов в сутки -

По бангладешским меркам — шикарные хоромы. Выводы делать вам.

Хроники дискомфорта — питание

Можно, конечно, не переживать и питаться чем бог послал. Выглядит сытно -

Именно в таких забегаловках здешний люд и питается. В считанных сантиметрах от пищи носятся тук-туки, ползают попрошайки-инвалиды, просто толпятся зеваки. Нельзя не признать, что с определеной долей вероятности вы здесь покушаете и с вами ничего не случится. Вопрос другой — во сколько вы оцениваете собственную жизнь и здоровье? Если ваш риск отравиться достигает «всего лишь» одного шанса из трех, вы готовы рискнуть? Вы представляете себе, как выглядят здешние больницы, вы хотите познать все это на личном опыте? Полагаю, что нет.

Кто-то мне возразит, что в более цивильных районах есть нормальные кафе и рестораны. И я соглашусь. В богатых кварталах Банани и Гульшан, по-соседству от Хилтона и Шератона, действительно есть очень дорогие кушательные заведения. Но, во-первых, они действительно очень дорогие, во-вторых, при общем отсутствии культуры готовки и хранения продуктов ваши шансы отравиться все равно весьма высоки. Вспоминаю, что несколько лет назад, в Индии, я жёстоко отравился не где-то, а в приличном четырехзвездочном отеле.

Так что мы поступили следующим образом. Мы вовсе не кушали в Бангладеш. То бишь не пользовались услугами общепита. А шли в лавку и покупали там мешок риса и пару консервных банок тунца. Иногда, по настроению, докупали консервную банку кукурузы. Не забывайте проверять срок годности консервов, в половине случаев будет просрочено. Так вот, все это в течение полутора-двух часов готовили на медленном огне. Получалось простенько, но съедобно. И главное — абсолютно безопасно. Кроме того, периодически варили себе геркулесовую кашу. Обычно, дома, я варю кашу минут 5, но здесь — полчаса. Ибо неизвестно, где и как хранились хлопья.

Про захваченные из самолета одноразовые вилки — ложки мы уже говорили?

Личная гигиена

С собой привезли спирт и гигиенические спреи на основе спирта. Руки и лицо протирали несколько раз в день, с поводом и без повода. Чистить зубы — только из бутылки с минеральной водой. Принять душ (когда есть вода, а она периодически отключается по всему городу) можно, но аккуратно. Не допускайте попадания этой воды в рот, мало того, что она отдает неприятным запахом, так еще и непонятно откуда ведется водозабор, и как она очищается. Во избежание урологических и гинекологических проблем, мой совет — мойте «причинные» места минералкой, благо, 5-и литровые бачки стоят копейки.

Очень многие будут с вами здороваться и пожимать вам руку. Это приятно. Но стоит после этого протереть руки спиртом. Вы не знаете кто вам руку пожал, но если присмотреться к толпе, то вы заметите, что очень много людей страдают кожными грибками и какими-то нарывами. Берегите себя.

Посещать мечети и индуистские храмы следует без обуви. Захватите из аэропорта полиэтиленовые «носки» (или как их правильно называют?) и одевайте их. Не нужно шляться там босиком.

В общественном транспорте старайтесь не касаться головой спинки, там могут быть вши от предыдущего пассажира.

Городские пробки

Вы считаете, что пробки в вашем городе настолько удручающие, что нет сил? Радуйтесь, в Дакке такие пробки, которые вам даже не снились. Затрудняюсь в подборе слов для описания бардака на дорогах, творящегося в этом городе. Пара фоток ниже: одна моя, а одна из даккской газеты, у них ракурс лучше выбран -

Передвигаться попросту невозможно, город давно утонул в пробках, они безнадежны. Отчаявшиеся люди тысячами бредут по обочинам дорог, потеряв надежду добраться до дома. Наш отель и центр Дакки разделяло всего 7 километров, но ни разу(!) нам не удавалось проехать это расстояние менее, чем за полтора часа. Можно идти пешком. Но там же нет тротуаров, вы будете идти по обочине, уворачиваясь от тук-туков и раздолбанных автобусов. Плюс грязь, какие-то ямы, открытые люки. Не самая удачная идея, одним словом.

Криминал

Здесь многое напоминает Индию, но тут все хуже, чем в Индии. Здесь есть криминал. Иногда грубый. Об этом нас предупреждали все без исключения: от стюардесс Эйр Арабии и до владельца нашего отеля. Главная опасность — карманники, ведь везде толпы, вас пихают, толкают. Воришки не дремлют. Так что не носите с собой ничего ценного, по крайней мере, не в карманах. Пришейте внутренний карман для документов и денег. Или оставляйте ценные вещи в отельном сейфе, если, конечно, убеждены, что их оттуда не стырят сами же работники отеля. Помните, что вы — белый человек, а это как красная тряпка для воришки, они знают, что вы обязательно имеете при себе что-то ценное.

С наступлением темноты лучше и вовсе исчезнуть с улицы и занять место за столом у себя в номере, проверяя электронную почту. Уже часов в девять вечера Дакка пустеет. Только бездомные и стаи собак. Кстати, эти облезлые собаки весьма агрессивны, старайтесь с ними не пересекаться. Вот же досада, именно вечером нет пробок, и можно за 5 минут домчаться до центра, ан нет, ограбят с высокой вероятностью. Вечером могут и с ножом. По словам образованного бангладешца, который оказался моим соседом на рейсе из Дакки в Бангкок, его грабили несколько раз. Причем, в последний раз напали, когда он сидел в своей машине. Нож к горлу и денег хотят. Пришлось отдать.

Железная дорога

Пригородные поезда могли бы быть спасением от пробок, если бы они ходили по расписанию. Дважды мы ездили на таком вот дизеле, оба раза сидели в вагоне час-полтора, ждали, когда он соизволит поехать -

Билеты покупаются на вокзале -

Вот в такой кассе -

Там же продается билет на поезд в индийскую Калькутту -

Поскольку общественных туалетов практически нет, а те, что есть — чудовищны, то народ массово справляет нужду по углам. Забавное наблюдение, здешние мужики писают исключительно сидя -

Далее просто небольшой фото-обзор Дакки -

Тук-туки наглухо запираются изнутри ради вашего же блага, грабят -

Национальная ассамблея -

Вечерело, пробки рассасывались, бомжи активизировались -

Нам повезло жить в богатом районе Банани, в северной части города -

На крыше отеля весьма мило -

Но лучше бы мы не выглядывали с крыши, ибо нищета, она буквально за бетонным забором -

Кто интересуется, как выглядит бангладешская виза по прилету в Дакку, вам презент -

Вот, собственно, и все!

Автор puerrtto. Взято отсюда.

Статья «Дакка: жизнь на реке как адский ад (Бангладеш)»

Электронное СМИ «Интересный мир». Выпуск №69 от 16.05.2012

Не случайно Мамаев курган называют “главной высотой России”. Здесь сломали хребет фашистской Германии, империи, посчитавшей, что мы — ничтожество. Историю каждый землянин толкует по своему, где-нибудь во Франции, считают, что судьба Второй Мировой была решена в Арденнах. Но и французы знают: не было в мировой истории битвы, в которой было сломлено технически совершенное войско хорошо обученных бойцов числом в миллион. Кроме Сталинградской…

Россию принято сейчас в мире обвинять в чем угодно — как по поводу, так и без. И мы в чем-то виноваты. Ведь многие наши люди за кордоном ведут себя, мягко говоря, неадекватно. То яхты горстями скупают, то с Саддамом Хусейном (когда тот еще был диктатором) дружбу заводят, а то просто по пьяни давят в каком-нибудь Нью-Йорке граждан, не знакомых с правилами русского дорожного движения, согласно которым “не фига дорогу переходить, когда я за рулем”. Я уж молчу о том, как сильные мира сего ведут себя внутри своего государства. Но есть одно русское слово, при произнесении которого содрогаются все, и никто не пытается иронизировать. Это слово: “Сталинград”.

Потому что в Сталинграде наши отцы, деды и прадеды сотворили нечто такое, что витийными излияниями не опишешь. Коротко сказать, русские сделали невозможное. Гитлер рвался к нашей нефти, хотел переломить хребет “советам”, психологически добить Сталина. Летняя кампания 42-го года для немцев развивалась успешно, осталось только захватить главный транспортный узел — и все (по крайней мере германские стратеги так думали) — СССР рассечен, красная армия в нокауте. 13 сентября 42-го они уже видели Волгу, пред ними простирался Сталинград, оставалось только захватить господствующую высоту “102,0”, которую русские называли Мамаевым курганом (якобы там хан Мамай любовался волжскими далями). Активные боевые действия на всем Восточном фронте были свернуты, отборные германские военачальники и лучшая техника рейха были брошены на Сталинград…

И вот на тебе! Не прошло и 70-ти лет, а мы уже забываем о том, что наши отцы и деды в прямом смысле этого слова спасли мир. И с упоением смотрим на экраны, где очередной американский Рембо типа спасает человечество.

Да мы и сами себя уничижаем. Почитать нашу прессу последних лет о Мамаевом кургане, точнее о том, что творится вокруг этого великого памятника — так вообще в этой стране жить не захочется. Взять скандал прошлого года. Перед юбилеем Победы побывал в Волгограде один высший чиновник правительства и обнаружил вот, что. Большая часть мемориального парка оказалась захламлена свалками. Чиновник (г-н Митволь) насчитал 30 (!) несанкционированных свалок, одна из которых была всего в 150 метрах от монумента “Мать-Родина”. И это только “цветочки”! На территории, имеющий статус охранной зоны, имелись коммерческие объекты: две автомобильных заправки, две автомойки, магазин автозапчастей, кафе с романтическим названием “Блиндаж”, ресторанчик азербайджанской кухни и офисный центр. Под сурдинку предприниматели вырубили часть Аллеи Памяти, которую высаживали родственники погибших в Сталинграде.

Стали разбираться. В прокуратуру обратились. Быстрее разобрались со свалками: оштрафовали предприятия ЖКХ и принудили убрать безобразие. И еще кое-что сделала прокуратура: отменила решение администрации г. Волгограда о строительстве на восточном склоне Мамаева кургана… горнолыжного курорта. Да-да! Некая коммерческая фирма получила на территории комплекса участок для строительства горнолыжно-развлекательного комплекса! И вообще по непонятным причинам из 360 гектар парка куда-то “улетучились” 183 гектара. За самим же памятником осталось всего 17, 77 гектара. И это при учете того, что Мамаев курган — громадное братское кладбище, в котором лежат 40 000 русских солдат. Сколько в этой каменистой земле лежит немцев, никто не знает.

Стали разбираться с владельцами бензинового и общепитовского бизнеса. И выяснилось, что они… пропали. Вроде как хозяев и нет. В местном управлении по экологическому надзору сказали, что никакими данными о заправках на Мамаевом кургане не располагают, а значит они построены незаконно. То есть “надзиратели”, получается, вовсе не надзирали, а так, сидели и очи лукаво прятали. Городские чиновники нашли непробиваемую “отмазку”: мол, земли памятника выделял предыдущий мэр — с него и спрос. Чиновник из Москвы обещал “прищучить” ныне действующую городскую власть и устроить открытый суд — за кощунство. Суда общественность так и не дождалась…

Итак, Мамаев курган. Чем он стал для русской истории? Торгаши на кургане продают всякие ножики, открытки, знаки воинских отличий, но книг по истории Сталинградского сражения здесь не найдешь. Видно, не пользуются они спросом. Тем не менее важно знать правду. Много можно почерпнуть из мемуаров маршала Чуйкова, в 42-м командовавшего 62-й армией, попавшей в самое пекло. 13 сентября 42-го немцы наступают на город силами девяти дивизий и целой танковой армии. Плюс еще поддержка 4-го воздушного флота численностью в 1000 самолетов. В некоторых местах немцы уже вышли к Волге, омыли в ней сапоги. А что такое наша 62-я армия? Одна из танковых бригад 14 сентября имела один танк, две другие танковые бригады все свои боевые машины потеряли в боях. 100-я охранная дивизия НКВД, прикрывавшая главную переправу через Волгу, полегла вся, до последнего солдата. Чекисты вопреки своей миссии не стреляли в отступающих, а защищали берег и собирали жалкие остатки разбитых частей.

К вечеру 14 сентября сводный отряд из разных бригад и дивизий имел в своем составе около 200 штыков, меньше батальона. Немецкие самолеты с рассвета и до заката висели над городом и над нашими боевыми порядками, буквально на давая поднять головы. Наша зенитная артиллерия была разбита. Командный пункт 62-й армии находился на самой вершине Мамаева кургана и здесь состоялся военный совет. Было принято решение запретить любой самовольный отход с занимаемых позиций; мобилизовывались рабочие сталинградских заводов; штаб должен был оставаться на правом берегу Волги. Чуйкову вспомнился суворовский принцип: “Удивить — значит победить”. В 22.30 был отдан приказ о контратаке.

Мамаев курган несколько раз переходил из рук в руки, по сути боевые действия на высоте “102,0” длились до 19 ноября. Каково это было, можно понять по выдержки из дневника Чуйкова за один день, 15 октября:

“8.00 — противник перешел в наступление танками и пехотой. Сражение идет по всему фронту.

12.00 — убит командир 117 стрелкового полка гв. майор Андреев.

12.20 — радиограмма от подразделения 416 полка: “Окружены, патроны и вода есть, умрем но не сдадимся!”

12.30 — командный пункт генерала Желудева бомбят пикировщики. Генерал без связи, в заваленном блиндаже.

14.40 — телефонная связь с частями прервалась. Перешли на радио, дублируем офицерами связи. Наша авиация не может подняться с аэродромов, ее блокирует авиация противника.

15.25 — охрана штаба армии вступила в бой.

16.20 — около 100 танков противника ворвались на территорию тракторного завода. Авиация противника по прежнему висит над головами, бомбит.

16.35 — командир полка полковник Устинов вызывает огонь артиллерии на себя, его КП окружили автоматчики.

21.00 — еще одна радиограмма от группы гвардейцев 37 дивизии. Они продолжают вести бой в районе тракторного завода и заканчивают свое донесение словами: “За Родину умрем но не сдадимся!..”

Командный пункт все же с Мамаева кургана убрали из-за невозможности управления войсками. Через два дня немцы завладели высотой. Через несколько дней, когда в бой вступает 13-я дивизия генерала Родимова, курган снова наш. Но немцы опять напирают и мы откатываемся к Волге. На кургане остается последняя наша позиция, ее держит рота бронебойщиков. В роте три бойца. Двое, обложившись гранатами и установив пулеметы для кругового обстрела (по три “Максима” и по паре “Дегтяревых” на каждого), не дают немцам подойти близко, третий — связной — таскает боеприпасы. Немцам надо захватить высоту во что бы то ни стало, ведь последняя точка сопротивления русских не дает разместить на кургане корректировщиков, чтобы прицельно бить по переправам. Трем нашим бойцам на смену приходит группа под командованием главстаршины Зайцева, пять снайперов и два бронебойщика.

Зайцев… Василий Зайцев, который даже Голливуду покоя не дал — про него сняли фильм “Враг у ворот!” который так разбередил наших ветеранов. В фильме он громадный супермен, а в жизни невысокий стеснительный парень, не скажешь, что герой. И как он хваленого майора Кенига, лучшего снайпера фатерланда завалил? А может все просто: Кениг пришел к нам “с мечем”, а для Зайцева Сталинград был священной землей (и дело не в Сталине!). Слова Василия Зайцева: “За Волгой для нас земли нет!” теперь навечно высечены на монументе.

Его, как и других сибиряков, составивших свеженькую 284-ю стрелковую дивизию, не сразу бросили в пекло. Представьте: город гибнет, он с левого берега представляет собой сплошное зарево и дымы, а целую свежую дивизию, только подошедшую форсированным маршем, бросают… на полигон, где уже подготовленные к войне солдаты изучают тактику ведения городского боя малыми штурмовыми группами.

Здесь далеко не грех вспомнить наших, современных “полководцев”. Захотелось г-ну Грачеву Новый Год встретить новый, 1995 год в Грозном и он бросил в город необстрелянные войска. Ну, положил 1000 русских мальчиков. И за что? И кого наказали? Генералы наши теперь в Госдуме, а мальчики в земле… Для генералов Грозный был “Берлином 45-го”. Им до сих пор невдомек, что для чеченцев их город был “Сталинградом 42-го”… Как минимум, есть еще в Грозном места, где кино про Сталинград 42-го можно снимать без декораций.

…Волгу они перемахнули за одну ночь, без обстрела. Немцы чувствовали себя в городе хозяевами, расслабились и проморгали наших. Приказ был краток: “Атаковать противника общим направлением на Мамаев курган, выбить и закрепиться на господствующей высоте”. Атаковали яростно. Немцы, чтобы остановить наших, подожгли нефтяные баки. Огненная река хлынула на наступающих. Часть наших ребят сгорела заживо. На оставшихся тлела и горела одежда, они задыхались от дыма и гари. Но это не остановило наступление! Атака лишь превратилась в чудовищно ожесточенный порыв — «Убей немца!». Черные, дымящиеся как головешки, русские солдаты, не выпуская из рук винтовок и автоматов, кинулись на недобитых гитлеровцев. Зрелище было столь жутким, что последние без выстрелов оставили свои позиции и бросились бежать. Так на высоте закрепился бронебойная рота, трех оставшихся в живых бойцов которой заменил отряд Зайцева.

Бойцы Зайцева сражались в полном окружении неделю. Не было продуктов, воды, ее под градом пуль находили во фляжках убитых фрицев. Так было во многих очагах сопротивления. Гитлеровцы старались перед каждой атакой запугать наших бойцов. Делали они это просто. Подтягивали к передовой звукоустановку и начинали орать: «Рус! Скоро Вольга буль-буль! Иван! Тебе конец!» Наши выстояли. Снайперы Зайцева продолжили поединок и после маленькой победа на Мамаевом кургане. Всего группа за 4 месяца боев уничтожила 1126 фашистов. Сам Зайцев — 200 человек, в том числе 11 снайперов…

…9 мая 2005 года к мэру Волгограда во время праздничных мероприятий сквозь цепь охраны пробилась пожилая женщина. Она передала мэру письмо от Зинаиды Зайцевой вдовы легендарного снайпера. Она просила исполнить последнюю волю мужа: похоронить его на Мамаевом кургане. Писала, что и раньше она неоднократно слала в Волгоград письма с этой просьбой, но ответа не получала. Умер муж в 91-м и похоронен был в Киеве, где жил в последние годы.

В этом году, в годовщину победы в Сталинградском сражении, останки Василия Зайцева нашли упокоение на Мамаевом кургане, со всеми воинскими почестями.

…Родина-Мать… Полное название скульптуры: “Родина-Мать зовет!”. Судьба не слишком благоволт к ней. Когда уже был готов проект, скульптор Вучетич предложил Хрущеву: “А давайте-ка перегоним Америку!..” Изначально задумывалось, что “Родина-Мать” будет высотой 36 метров. Статуя Свободы в Нью-Йорке имеет рост 45 метров. Решили увеличить высоту нашей Матери до 52 метров, а с мечем получалось все 85. Это 5500 тонн бетона и 2400 тонн металлических конструкций. Проект переделывали, но гениальный академик Никитин изначально рассчитал, что “Родина-Мать” должна была стоять на фундаменте неприкрепленной, как шахматная фигура на доске. Поэтому фигуру более значительной массы нужно было размещать на другом фундаменте и крепить. Подсыпали землю, и так получилось, что останки солдат, которые лежат на кургане в братских могилах, упокоили под толстым слоем грунта и бетона. А серпантин дорожек теперь идет прямо над могилами. Было время хрущевок, примитивной экономии, и скульптуру собрали из кусков бетона, который теперь трескается. Меч пришлось менять, делать его из нержавейки, так как первоначально его сделали хрупким, а каркас слепили из некачественного металла. Самый главный просчет — неверный поворот меча, отчего он работал как парус, раскачивал статую. Новый меч снабдили отверстиями, чтобы уменьшить напор ветра. Длиной он между прочим 29 метров, а вес имеет 14 тонн.

Тем не менее “Родина-Мать” потрясает. Многие этот монумент причисляют к чудесам света. И вполне закономерно, ведь “Родина-Мать” до сих пор остается самой высокой женской скульптурой в мире. Жаль, денег, которые выделяются на реставрацию монумента, хватает лишь на косметические ремонты к очередному юбилею. Хорошо еще, завершено строительство храма Всех Святых, ставшего несомненным украшением Мамаева кургана. Хотя храм не потрясает своим величием, строительство его велось дольше, нежели самой “Родины-Матери” — 13 лет против 7-ми.

…Вот и мне, грешному, наконец удалось побывать на Мамаевом кургане. Я просто понаблюдал за жизнью. Не только за торговой — ведь возле “Матери-Родины” до сих пор продают ее пошлые копии, сувенирные патроны, портреты Сталина и почему-то Путина — но и за нашей простой, обыденной жизнью. И я был поражен. Вранье, что нравы у нас упали. Такой почтительности и священного трепета я в людях, пожалуй, не видел никогда, даже на церковных службах. Нет, мы еще не потерянный народ. Потому что у нас есть Память. Пока есть…

Автор Геннадий Михеев. Взято отсюда.

Электронное СМИ «Интересный мир». Выпуск №68 от 11.05.2012

Каждый год 9-го мая мы с сыном, с утра бродим по городу и всем встреченным ветеранам вручаем по гвоздичке.
В этом году с нами напросилась моя подруга Маша со своей пятилетней дочкой.
Машин дед прошел всю войну и был кавалером трех орденов Славы. Умер дома от ран еще в 46-м. Его могила за тысячи километров от Москвы, в далеком Казахстане, вот Маша и захотела передать своему деду цветочек и доброе слово, через еще живых…

Мы с сыном с утра купили охапку гвоздик, ждали, ждали, но Маша так и не явилась. Вдруг позвонила, наскоро извинилась, сказала, что за рулем и говорить не может, потом перезвонит.
Ну нет, так нет. Обошлись без нее, хоть и чуточку обиделись.
А поздно вечером Маша опять позвонила и рассказала вот такую историю:

- Уже, наверное полгода, наш домашний телефон как с цепи сорвался.
Каждый день раз по пять мне вызванивают какие-то пьяные уроды и пытаются вызвать такси. Мой номер одним нулем отличается от телефона их диспетчерской…
Чего я только не делала, и жаловалась и хамила, даже все рифмы к слову «такси» изучила… Как только беру трубку и слышу – Але, такси?
У меня сразу выскакивает ответ типа:
- Накося выкуси, иди от армии коси, поломаны шасси, и даже Ханты-Манси…
И вот сегодня мы с дочкой собрались на встречу к вам, стоим уже в дверях, вдруг звонок, беру трубку, а оттуда мужской голос:
- Але такси? С Днем Победы Вас.
Я только хотела сказать – «отсоси», да не успела — это «С Днем Победы» сбило меня с толку. Голос продолжил:
- Скажи, красавица, а у Вас есть какие-нибудь скидки для ветеранов войны, все же 9-е мая сегодня? И ехать мне совсем не далеко, но обязательно надо…
Меня, как по голове ударило, кричу:
- Да, да, не волнуйтесь скидки есть! Ждите у подъезда, машина серая Мазда будет у Вас минут через пятнадцать. За рулем девушка.
Приезжаю в Кузьминки, две тетки (видимо соседки) выводят из подъезда ветерана с костылем. Старенький, рот открыл, дышит тяжело, медали к земле клонят и пахнет от него, как пахнет от всех наших дедушек и бабушек. Пахнет уютом, старыми книгами, перьевыми подушками, детским мылом и часами-ходиками…
Едем в Сокольники. Разговорились. Павел Иванович рассказал, что там, у фонтана на лавочке его ждет старый друг Вадим, они воевали на одном фронте и каждый год встречаются уже лет пятьдесят.
Про скидку тоже поговорили и я подтвердила, что, да, диспетчер не обманула — скидка будет, не переживайте…
Припарковались и Дедушка заметался, не зная как быть, вначале костыль из машины выставить, или ногу, чтобы упереться?
Видно было, что из дома дед выходит очень не часто…
Вызвалась его проводить. Он испугался, что это скажется на цене, но от помощи не отказался.
Пришли к фонтану, прохожие улыбаются, дарят цветы, фотографируют с нами детей, а друга Вадима, что-то не видно…
Павел Иваныч заволновался, опустился на скамейку и принялся ему названивать.
Но все безответно. Трубку никто не брал.
Потом стал рыться в карманах, вытащил старинный женский кошелечек и спросил:
- Машенька, сколько я Вам должен? Вы поезжайте, а я посижу, позвоню, подожду еще.
Я говорю:
- Не переживайте, уберите деньги, может Вас обратно домой отвезти?

И дедушка неожиданно расплакался, как будто закашлялся:
- Я так и знал. Не дожил Вадик до 9-го мая. Не дожил. Не берет трубку.
Что же я теперь…?

Прохожие подходили к плачущему парадному ветерану, увеличивали его разношерстный букет, поздравляли, улыбались и шли дальше. Всем казалось, что старика растрогало внимание и военные песни…
Я порыдала вместе с ним и стала поднимать деда с лавочки:
- Вставайте, поехали к Вадиму. Где он живет?
Путь оказался не близким, друг жил, аж в Голицыно, но мне было уже все равно, хоть во Владивостоке.
Приехали, долго плутали, нашли дом, я кое как затащила деда на второй этаж. Стали звонить в квартиру, никто не открыл. Вышли соседи и сказали, что уже давно его не видели. Павел Иваныч начал задыхаться и я повела его на улицу, на воздух. Спустились на один пролет, вдруг сверху щелкнул замок и раздался сиплый голос:
- Паша, ты Куда? Я слышу, что звонят, пока встал с постели, пока дошел. Быстрее не получилось, спину прихватило. Прости, не поехал к фонтану, не смог, да и телефон куда-то задевался. Звонит, а где звонит?
- Павел Иванович, стал еще сильнее задыхаться и заговорил глотая слова:
- Ты чего, я же ждал в Сокольниках, звонил, думал, что все… Подлец — ты подлец!
Поднялись в квартиру, пока я отыскала в баке с грязным бельем разряженный мобильник Вадима, они распили чекушку водки и мой дед попросил у друга денег на обратную дорогу.
Тут я и призналась, что не таксистка и ни копейки с них не возьму.
Когда уже стемнело, отвезла старика обратно в его Кузьминки, правда не бесплатно, гвоздики все же пришлось взять…

Автор grubas. Взято отсюда.

Электронное СМИ «Интересный мир». Выпуск №68 от 11.05.2012

«Катастрофа вертолетов в Израиле 1997 года, произошедшая 4 февраля 1997 г., унесла жизни 73-х военнослужащих Армии обороны Израиля. Два военно-транспортных вертолета CH-53 столкнулись в небе над мошавом Шеар Ишув в северном Израиле. Вертолеты должны были пересечь границу и войти в израильскую «зону безопасности» в Ливане, но «зависли» в ожидании официального разрешения на пересечение границы. Ранее Израиль переправлял свои войска по земле, но в результате усиления минирования дорог Хизбаллой изменил эту тактику.

Катастрофа вызвала всеобщее горе в стране. Четверг, 6 февраля, был объявлен официальным днем траура. Премьер-министр Биньямин Нетаньяху и президент Эзер Вейцман присутствовали на похоронах погибших и посетили их семьи. Кроме того, тысячи израильтян пришли молиться к Западной стене (Стене плача), во всех школах прошли траурные собрания.

Поскольку это была самая крупная воздушная катастрофа в истории Израиля, для расследования ее причин была учреждена комиссия во главе с Давидом Иври. Комиссия завершила расследование к середине апреля того же года. Установить конкретную причину столкновения вертолетов оказалось невозможным. Не было обнаружено фактов, свидетельствовавших о нездоровье пилотов, не было обнаружено также и внешних причин катастрофы». (Википедия)

Уже скоро 13 лет…
Не часто рассказывал, но решил, наконец-то, описать события той ночи. И хотя каждый раз тяжело вспоминать (да и сейчас на глазах слёзы), но думаю, нужно когда-то собраться с силами. Часто в жизни бывает происшествие, которое на многие годы (если не на всю жизнь) откладывает отпечаток. Таким происшествием было крушение двух вертолётов CH-53 (Ясур) 4-го февраля 1997 года.

В Израиле не часто падает снег. А если и бывает, так только высоко в горах и тает так быстро, что не успеваешь и насладиться им. В то утро падал снег. Конечно, это был не тот пушистый, мягкий тверской снег, который я помнил с детства. Снег был немного мокрым и твёрдым. Снежки из этого снега причиняли боль и оставляли на теле синяки. Но всё же это был снег. Настроение было приподнятое. Мы резвились, как дети, устраивали войнушки и расстреливали друг друга тяжёлыми и мокрыми снежками.

Наш командный пункт находилась на хребте Рамим в нескольких километрах от границы с Ливаном. Часть наша дислоцировалась на нескольких заставах и была ответственна за охрану наземной и воздушной израильской границы. Я к тому времени прослужил год и три месяца. Послужив военным фельдшером в одной из батарей, я перешёл в штаб и продолжал службу в военном амбулансе.

В тот день у нас по плану было инспектирование наших застав, сан-инспекция а так же доставка лекарств батарейным фельдшерам. Обычно военный амбуланс комплектовалься врачом , тремя фельдшерами и водителем. Но в тот день врача не было. То ли был на одной из застав внутри южного Ливана, то ли ещё где-то. Не помню. Короче, были без врача. Перед выездом с базы к нам прикрепили больного солдата. Нам предстояло свозить его на одну из соседних баз для врачебного осмотра. Так как шёл снег, на колёса амбуланса одели цепи, что бы нас не снесло в кювет. А кювет, нужно признать, был глубиной в сотни метров. Медленно мы спускались с хребта в сторону соседнего городка Кирьят Шмона. Дорога от базы была извилистая, с крутыми поворотами. Летом по ней опасно было спускатья, а зимой, в снегопад, да и с не привыкшим к снегу израильским водителем было опасно вдвойне. Короче минут через 40-50 мы благополучно добрались до базы, и больной солдат благополучно добрался до врача. Это был один из последних пациентов того врача, так как через 10 часов ему (врачу) суждено было разбиться в одном из вертолётов.

Оставили солдата там и поехали по своим делам. Местность красивая. Особенно когда покрыта снегом. С одной стороны Голанские высоты с горой Хермон, с другой хребет Рамим. И всё-всё покрыто снегом. Красота! Проинспектировали базы. Сделали свои дела. Ещё немного подурачились со снегом. Построили снежную бабу на израильский манер и установили на капоте. Где-то есть даже фотка. (Всё перерыл, но не смог найти эту фотографию). Потом вернулись на базу. По дороге заехали в Кирьят Шмону пообедать (а как же без этого). Днём занимались своими делами на базе. Вернулся откуда-то наш врач. Потом ужин.

После ужина разошлись по своим комнатам. Где-то в начале восьмого вечера зазвучала сирена. Ещё не успев сбросить с себя форму мы рванулись к амбулансу. Завели двигатель, включили рацию на волну нашего батальона. Прозвучала команда: » Срочно выдвигайтесь в сторону Шаар Ешув. Столкнулись два вертолёта «Ясур», много пострадавших». Амбуланс буквально вылетелел из ворот базы. Дорога была опасной. Снег уже не шёл. Часть его уже стаяла. Но дороги были скользкие, крутой спуск да ещё и темнота. Как спускались по этой дороге и сколько времени — не помню. В это время в амбулансе мы готовились к предстоящей работе. Наш командир (старший воен-фельдшер) провёл инструктаж о том, что нас ожидает и распределил кто что берёт при высадке. Забегая вперёд, скажу, что этот инструктаж был бесполезен, так как реальность была диаметрально противоположной нашим представлениям. Мы приготовили капельницы, надели полный бое- и сан-комплект, а так же разобрали распределённое нам снаряжение. Я должен был высадится со снаряжением для иммобилизации больного. По дороге мы прослушивали сразу несколько волн. В эфире была паника. Вызывались бригады даже с отдалённых частей. Было понятно, что всё очень серьёзно. Зная, что в Израиле все всё узнают очень быстро, я позвонил домой (с купленного месяц назад моего первого мобильника) сказать что я ТАМ, но у меня всё нормально. Излишне говорить, что этой ночью моя семья, так же как и почти все семьи Израиля с телефоном в руках провели перед телевизором.

Прибыв на место, мы открыли двери и выскочили из амбуланса. На улице была суматоха. Мы растерявшись остановились, не зная что делать. Тут к нам подбежал кто-то в погонах и сказал, что бы мы побежали в сторону сада и прочесали местность. Найдя кого-то, мы должны были эвакуировать его к центральной дороге. Побежали в сад в сторону горящих обломков. Навстречу нам бежали люди, таща части тел. Помню особенно, как навстречу нам пробежал солдат неся в руках оторванную ногу с ботинком лётчика. Вокруг начались крики, что там всё уже прочёсано и чтобы береглись, так как в вертолётах было полно оружия и боеприпасов. И действительно, только тогда я заметил что вокруг меня детонируют боеприпасы. Пригнувшись к земле, мы вернулись к амбулансу. Не помню, было ли страшно пробегать мимо подымающихся в воздух больших и маленьких огненных фонтанов. Только потом, востанавливая всё, подумал что нам действительно было большой удачей остаться в живых среди этого фейерверка.

У амбуланса, на дороге, были выложены тела солдат. Нам приказали проверить, если там живые. Если солдат был мёртв, на лбу нужно было написать фломастером «EX» (от слова exetus — мёртв). Трупы уже заледенели, и фломастеры совсем не писали. Наконец мы проверили все тела. Живых не было, но одно тело показалось со слабыми признаками жизни. Мы быстро приготовились к интубации, но ничего почти не успели сделать. Жизнь двадцатилетнего парня быстро потухла. Закончив, мы получили приказ выдвигаться к месту падения второго вертолёта рядом с кибуцем Дафна. Помню долго выезжали, так как было полно разной техники, телевизионщиков, жителей Шаар Ешува и ещё кого-то.

На месте падения второго вертолёта уже ничего не нужно было делать. Ветолёт упал в какой то овраг и превратился в единую массу, из которой уже извлекли всех. Подождали пока увезут тела и уехали к себе на базу. Спать не хотелось. Сидели молча у себя в комнате. И тут снова вызов. Нужно ехать в какой-то ангар на опознание тел. Так всю ночь до утра мы провели среди погибших солдат.

Утром вернулись на базу, пошли спать, через 3 часа снова подъём. Нужно обеспечить меднадзор за эвакуированием вертолёта с оврага.

После обеда вернулись на базу. Но спать не пошли. Приехали армейские психологи проводить с нами беседы о перенесённом за последние сутки. И только вечером после новостей по ТВ наконец пошли спать.

На следующий день в Израиле был объявлен траур. Израиль был в шоке. Это было самой большой катастрофой с момента создания государства. Люди плача читали газеты с историями двадцатилетних солдат. Тысячи людей приходили на похороны.

Меня отпустили домой в четверг на три дня. Весь отпуск я просидел в своей комнате и проплакал. Я ещё долго не мог оправиться от увиденного. Помогло то, что вернулся уже в воскресенье в часть. Армейская рутина помогла мне перенести этот шок. Но до сих пор я вспоминаю эту ночь. Иногда (как сейчас при написании этих строк) мне вспоминаются новые забытые детали той катастрофы. После тех событий я ни разу не был на месте падения вертолётов. Хотя и бывал в тех местах. Было очень больно вспоминать ту ночь. Намного легче было упрятать воспоминания куда-то далеко. На десятилетие катастрофы был поставлен монумент в честь солдат погибших тогда. Когда-нибудь обязательно вернусь туда.

Вечная им память!

Автор drdmr. Взято отсюда.

Электронное СМИ «Интересный мир». Выпуск №68 от 11.05.2012

Начало ЧАСТЬ 6. Предыдущие части можно почитать по метке (тэгу) Пашупатинатх.

Продолжаем рассказывать про Пашупатинатх – храмовый индуистский комплекс в Катманду.  Раздевание покойника — неотъемлемая и очень важная часть ритуала сожжения мертвого тела. Это действие – синтез религиозного символизма с житейским прагматизмом. Это первая часть подготовки трупа к сожжению. Вся подготовка состоит из этапов: раздевание, омовение, окуривание и украшение умершего перед кремацией.

073. Мертвое тело в Пашупатинатхе обычно переносят на носилках. Металлические носилки арендуют у администрации комплекса. Их посыпают порошковой растительной ярко-красной краской, отчего носилки издалека для слабонервных европейских туристов кажутся окровавленными. Прямо не носилки, а пыточный инструмент для трупа! Заодно пыточный инструмент для психики туриста. Но мы не пугливые и любопытные, мы подошли и пальцем носилки потерли. Порошковая краска! На вкус пробовать не стали. Всё-таки, трупный яд и всё такое…

А бамбуковые носилки вяжут с помощью веревок из толстых стволов бамбука. По неизвестным нам причинам их не окрашивают ритуальными красками, и они экологичного зеленого цвета. Смотрится очень позитивно, весело и расслабляюще. Словно диванчик из натуральных материалов приятного салатового цвета. Но лежать на этом «диванчике» почему-то не хочется. Успеем еще…

Ну, а когда в семье есть крепкие здоровые парни, можно покойника и на простыне нести. Это тяжело и неудобно, но дешево, быстро и тренирует мышцы кистей рук. Если покойников каждый день в простыне таскать, то рукопожатие станет крепким.

074. Лезвие бритвы на фото выше — основной инструмент для раздевания мертвых. Одежда разрезается одним уверенным движением вдоль тела, лежащего на ритуальной гхате. Обычно проводит это действие специально обученный человек – сжигальщик трупов. Родственников до этого действия стараются не допускать. Во-первых, процедура платная, и нечего у сжигальщика его нелегкий хлеб отнимать. А во-вторых, родственники – люди нервные, не дай Бог бритвой по трупу полоснут, некрасиво будет. Красное и желтое пятна на фото – это не кровь и не продукты гниения трупа, как вы могли бы подумать, а опять же растительная краска. Краска эта пахнет очень приятно (мы нюхали), но насладиться ароматом мешает запах многочисленных мертвых тел и сжигаемого поблизости человеческого мяса.

075. Тащат свой нелегкий груз потихоньку, стараются не материться и относиться к телу с уважением. Покойника обижать нехорошо!

076. Донесли и положили на гхату ногами к священной реке Багмати. Не всегда ноги умершего помещают в реку. Есть два основных способа очищения мертвого человека перед сожжением: омывание водой из священной реки Багмати (только ноги и голова или целиком вплоть до гениталий) и (или) окуривание благовониями. Иногда применяются оба способа. Выбор конкретной формы проведения ритуала зависит от многого: от кастовой принадлежности умершего (для каждой касты свой ритуал), от его истории жизни (насколько покойник в духовно-религиозном смысле чист или нечист), от материального благополучия родственников (благовония денег стоят), и от личных пожеланий родственников.

077. Тело этой женщины положили на такую же гхату, но стопы ее ног были в воде Багмати. Далее следует подождать. Багмати нужно дать время очистить душу и плоть. В это время живым можно позагорать и пообщаться.

078. Стопы ног этой женщины омываются священными водами Багмати. Тут же в реке умываются живые (им тоже не вредно очиститься) и бегают дети, которые собирают вещи умерших из воды. Вещи потом распределяют: что-то тут же надевают на себя, что-то используется повторно для ритуалов с другим трупом, а что-то при везении можно и продать. Брезгливости нет, Багмати все очистила.

079. Даже если стопы не погружаются в воду, нужно дать время на ритуал как бы омовения на расстоянии. Священные воды Багмати действуют и бесконтактно. Достаточно даже будучи еще живым, просто побывать в этом месте, и то ты очищаешься и в следующей жизни не родишься животным. А это важно. Хорошо жить всем хочется. Ритуалы в Пашупатинатхе – это своеобразная инвестиция в будущую благополучную жизнь.

080. Иногда тело вообще не омывают, а окуривают и опрыскивают водой из Багмати. Но перед этим тело умершего раздевают догола. Перед раздеванием умерший обычно накрывается траурными тканями – белой и оранжевой, чтобы не смущать зрителей обнаженным телом. А то вдруг кто-то давно без секса обходится, и у него или у нее на обнаженный труп сексуальная реакция проявится. Как-то нехорошо будет… А потом сжигальщик трупов запускает руку под траурные покрывала и одним уверенным движением, словно опытный хирург, разрезает прижизненные одежды умершего от головы до ног. Одежды вынимаются, и остается мертвый человек обнаженным перед Богом, и лишь прикрытым ритуальными покрывалами. Нагим приходит человек в этот мир, нагим и уходит… А любопытные индуисты вблизи и не слабонервные туристы в телеоптику фотокамер пытаются в этот момент заглянуть под покрывало. Вдруг у трупа в момент вытаскивания одежды из-под покрывала мелькнут какие-нибудь интимные части тела. Ведь любопытно, как у него или у нее ТАМ. Вдруг не так, как у всех?

081. Кладем покрывала.

082. Вытаскиваем разрезанную одежду.

083. Родственник кидает одежду умершего в Багмати. Кстати, разрезанная одежда не считается испорченной. При нас дети примеривали разрезанную одежду, только что выловленную из Багмати, на себя. Если хотя бы чуть-чуть подходит, можно потом и зашить.

084. Вода уносит все нечистое и плохое, и даже одежда с умершего становится чистой.

085. Все происходит без брезгливости и спешки. Наоборот поражает заботливость по отношению к трупу. Движения плавные, бережные, почти нежные. О любимом человеке заботятся: чтобы головой не ударить, чтобы ноги не ушибить. Снимают рубашку, юбку или брюки, трусы так, чтобы мертвый человек не особо был на виду у прохожих. Его наготу заботливо прикрывают, но если кто-то увидел невзначай интимные места – тоже не катастрофа. Дело житейское. Главное, чтобы не было нарочитой демонстрации обнаженного тела. Это как разница между эротикой и порнографией: грань тонкая, и определяется она нарочитостью и деталями. Как и с живыми, так и с мертвыми. Ну, а сами участники ритуала не спешат никуда потому, что спешить некуда. Все равно ведь, гуляем, общаемся, загораем…

086. Иногда мертвое тело не прикрывают сразу траурными покрывалами, а снимают одежду, как есть, у всех на виду. Обычно это происходит, когда родственники сами раздевают покойника. Все-таки, разрезать одежду под покрывалом лезвием бритвы и при этом не чиркануть по трупу, не пораниться самому и не заразиться трупным ядом от раны — это навык требуется. У сжигальщиков это получается хорошо, у них ежедневная практика, а у родственников может и не получиться. Проще труп не покрывать перед раздеванием. Кроме того, это дает возможность снять одежду аккуратно, не разрезая. Потом, выловив ее из Багмати, можно одежду не зашивать. Всё целое, очищенное священными водами и сразу готовое к новому употреблению.

087. Помогают все дружно.

088. Ну, и прикрывают тряпками по мере раздевания.

089. Занимаются этим только мужчины. Независимо от пола умершего. Такова традиция.

090. Мужчина в мокрых брюках только что лазил в Багмати. Поленился раздеться. Тела умерших украшены растительной порошковой краской, белой и оранжевой тканью и венками из оранжевых цветов. Иногда украшают до обряда омовения и раздевания, но чаще всего после этого, непосредственно перед кремацией. Как бы делая красивым самый последний этап пути перед огнем.

091. К мертвому телу относятся, как к живому. Это не просто ритуал. Это последнее общение с умершим.

092. Параллельно раздеванию проводят ритуал отверзания уст.

093. В открытый рот мертвого тела вливают воду, принесенную в ладонях из Багмати.

094. Ритуал отверзания уст проводят для того, чтобы душа умершего вышла из тела легко и без препятствий. В открытый рот кладут специальные листья растения (как правило, это листья священного базилика — тулси), льют немного воды из Багмати, чтобы душа освободилась, и зажигают ароматические палочки (рядом у головы или втыкая их в рот мертвого тела), а иногда прикрывают это белой тканью. Видимо, от чрезмерно любопытных туристов и фотографов. Пишут, что если ритуал проводится со святым человеком – аскетом или нищенствующим отшельником – то ритуал отверзания уст проводится радикальным способом. Ко всему вышеперечисленному добавляется то, что трупу на гхате мощным ударом проламывают череп. Это значительно облегчает последующий выход души из мертвого тела. Логика железная. Во-первых, душа в индуистской традиции, в отличие от христианской, выходит из тела не в момент смерти, а в момент ритуала погребения. Во-вторых, аскет или нищенствующий отшельник – это человек уважаемый и терпевший страдания при жизни. Помочь душе выйти, проломив череп трупу, это как старику руку подать при выходе из автобуса. Это дело несомненно хорошее.

095. Родственница несет в ладонях священную воду Багмати. Несколько капель воды в рот умершему – и тогда его душа сможет легче получить освобождение.

Продолжение ЧАСТЬ 8.

Другие части можно почитать по метке (тэгу) Пашупатинатх.

Авторы Игорь и Лариса Ширяевы.

Электронное СМИ «Интересный мир». Выпуск №68 от 11.05.2012

Начало ЧАСТЬ 7. Предыдущие части можно почитать по метке (тэгу) Пашупатинатх.

Переходим к самой интимной части ритуала сожжения в Пашупатинатхе – это омовение трупа. Интимная она не столько для непальцев, сколько для европейцев, потому что есть некоторые стереотипы восприятия. Например, что же это такое – мужчины моют мертвую женщину, да еще и подмывают интимные места?! А для непальцев это просто правильное выполнение ритуала. Священная вода Багмати должна попасть везде!

096. Мужчины моют тело мертвой женщины в Багмати.

097. Моют тщательно и с любовью. Здесь нет брезгливого отношения к трупам, нет страха перед мертвецом. Мы уже писали, что Пашупатинатх похож на большой вокзал или аэропорт. Реинкарнация…

098. Чище, чище мой!

099. Омывая тело, снимают остатки одежды. Умерший должен быть обнаженным. Труп окоченеть не успел. Помните, мы поднимали тему, а насколько реально мертв человек, которого принесли для сожжения в Пашупатинатх? В какой момент наступает смерть? Спешно приносят сюда только что умерших, т.к. жара вынуждает простых людей спешить? Или смерть наступает естественным путем прямо на гхате, и задача родственников угадать, когда же уже пора нести на ритуал еще живого человека? Или умирающему незаметно для окружающих «помогают» умереть вовремя, чтобы он не обременял ни себя ни родственников? Увы, на эти логичные вопросы мы не нашли ответов, которые бы нас убедили и показались нам достоверными…

100. Снять нижнее белье – процесс не простой. Заодно надо обмыть лоно умершей женщины священной водой из реки Багмати. Все это требует крепких нервов и любви к ближнему. А ведь умершая может быть матерью, женой или даже дочерью участников ритуала, и это психологически может быть трудно. Представьте себя на месте этих мужчин, если на гхате лежит ваша, например, мама. И сразу все становится понятно. Но, у непальцев в Пашупатинатхе другое отношение к смерти…

101. Весь ритуал делается слаженно и не спеша.

102. Процесс раздевания и омовения завершен. Теперь тело надо отнести на особые носилки, украсить и начать последний торжественный и красивый путь к огню.

103. Нежно и дружно взяли…

104. Понесли…

105. Несет не один человек и не двое или четверо. Стараются нести все близкие и родственники. Коснуться омытого водами священной реки Багмати мертвого тела – это хорошо! Никто не толкается, не ругается и не падает. Все трезвые и спокойные. Обмытое мертвое тело считается еще не до конца очищенным, т.к. окончательное очищение дает ритуальный огонь погребального костра. Поэтому и люди, касающиеся трупа тоже становятся не очень чистыми, и после ритуала сожжения трупа им самим необходимо пройти специальный ритуал очищения, но уже для живых. Такая вот духовно-религиозная гигиена.

106. Так же дружно кладут умершую женщину на белую траурную ткань. Никто не прячется от чужих любопытных глаз. Смотреть и фотографировать не возбраняется, просто делать это нужно тактично.

107. Некоторые ракурсы комичны, а одежда родственников, мягко говоря, не к месту. Но это с точки зрения туриста. С точки зрения непальца ничего смешного, нелепого или нарушающего традиции не происходит. Все серьезны, задумчивы и даже грустны.

108. Не всегда тело умершего омывается водами Багмати. Иногда подготовленное, раздетое и украшенное тело окуривается благовониями. Это тоже способ очищения. Как мы писали раньше, разница в деталях ритуала может быть значительной. Это зависит от касты умершего (его социального положения), его благосостояния и пожелания родственников.

«В индуизме, общество традиционно делится на четыре сословия, называемые варны, что в переводе с санскрита означает «цвет, форма, внешность».
Брахманы — учителя и священники
Кшатрии — воины, правители, дворяне
Вайшьи — земледельцы, торговцы и предприниматели
Шудры — слуги и рабочие
Как среди индуистов, так и среди учёных, существует много споров о том, является ли кастовая система неотъемлемой частью индуизма, основанной на священных писаниях, или же представляет собой отживший социальный обычай. Веды, древнейшие из писаний, обстоятельно описывают и поддерживают деление общества на четыре сословия и указывают на то, что каждый человек должен реализовать себя в жизни согласно своему характеру и наклонностям (отражённым, в частности, в гороскопе), и выполнять свои предписанные обязанности как для своего собственного блага, так и для блага всего общества.» Взято отсюда.

109. Количество родственников, присутствующих на ритуале очень разное. Для подготовки тела иногда приглашаются просто знакомые или даже случайные мужчины, которые не совсем случайны. Они либо жили в том же месте, где умер этот человек, либо подрабатывают за копеечку помощниками на ритуалах. Поэтому на ритуале может быть от трех до нескольких десятков мужчин.

110. Женщины, в основном, оплакивают, кричат, украшают и прощаются с умершими. Сами они ничего не переносят и никого не укладывают.

111. После кремации рыдать уже нельзя. Это испортит умершему переход в иной мир.

112. Бросили одежду в Багмати…

Продолжение ЧАСТЬ 9.

Другие части можно почитать по метке (тэгу) Пашупатинатх.

Авторы Игорь и Лариса Ширяевы.

Электронное СМИ «Интересный мир». Выпуск №68 от 11.05.2012

Начало ЧАСТЬ 8. Предыдущие части можно почитать по метке (тэгу) Пашупатинатх.

113. Удивительное ощущение: Пашупатинатх – красивое место. Наверное, это самый красивый крематорий, какой только можно представить. Запах бы еще только подправить…

114. Последний отрезок пути к огню – самый торжественный. Тело умершего освобождается от земной «нечистой» одежды, омывается, укутывается в траурную белую и мистическую оранжевую ткани, окуривается и украшается.

115. В белых одеждах – неприкасаемые. Они неприкасаемы либо пожизненно в силу принадлежности к касте неприкасаемых, либо ситуативно в силу того, что выполняют похоронный ритуал. Во втором случае человек, пройдя ритуал очищения, вновь становится «прикасаемым». Однако, как видно на фото, неприкасаемость не соблюдается в телесно-физическом смысле. Люди не боятся касаться друг друга. Забота о трупе всех объединяет. Так объединяют и стирают кастовые различия две процедуры в жизни катмандинцев: похороны и секс. Не зря существует местная поговорка: «Для женщин в Катманду каст нет». Феномен большого города.

116. Мертвый в новом обличии готовится в последний путь.

117. Комичность ракурсов, неуместность одежды родственников, публичность происходящего, – все это для непальцев несущественно. Самое главное – забота об умершем: искренняя и уважительная. Пашупатинатх – терминал для перехода в иные миры. Какая разница, в какой одежде вы приехали, чтобы проводить родственника в аэропорту?! Главное – искренность, забота, любовь и уважение!

118. Сначала траурное белое, потом оранжевое божественное.

119. Забота об умершем. Этот человек в белом – сжигальщик трупов. Через несколько минут он будет сжигать это тело.

120. Женщины с крепкими нервами могут помогать украшать мертвого близкого родственника. Но в основном, весь ритуал проводится мужчинами.

121. Праздничный костюм трупа с цветами.

122. Женщины со слабыми нервами участвуют в ритуале оплакивания. Мужчины им распускают волосы и водят их рыдающих и завывающих вокруг умершего тела. От трех до пяти кругов. После кремации плакать и горевать не следует, ибо считается, что «если слез слишком много, они жгут покойного».

123. Затем женщин уводят в закуток, и там они успокаиваются.

124. Ритуал продолжается уже на костровище, которое расположено на берегу Багмати. На фото родственник, обходящий по ритуалу несколько кругов вокруг костровища, льет из пригоршни воду Багмати на умершего и плачет. Этот ритуал помогает душе умершего – так она легче получает освобождение.

125. «Следующая церемония называется удакакарма (принесение воды умершему). Она совершалась различным образом. Согласно одному из авторитетов, все родственники покойного до седьмого или десятого колена совершают омовение в ближайшей реке и тем самым очищаются, и произносят молитву Праджапати. Совершая омовение, они имеют на себе только одно одеяние и священный шнур через правое плечо. Многие авторитеты предписывают, чтобы волосы были распущены и тело посыпано пылью. Участники церемонии с лицом, обращенным к югу, погружаются в воду и, называя умершего по имени, совершают возлияние пригоршней воды. Потом они выходят из воды, надевают сухую одежду и, выжав ту, что была на них до сих пор, расстилают бахромой к северу.» Взято отсюда.

126. Эти мужчины насыпают в плошку рис.
«Сразу после омовения на землю бросают зерна вареного риса и горох для ворон. Это напоминает первобытное верование, согласно которому мертвые изображаются как птицы. Это предположение подтверждается сравнением марутов (разновидности предков) с птицами.» Взято отсюда.

127. Рыдающие женщины раскидывают этот рис на тело умершего. На каждой женщине повязана белая траурная простынка в которой лежит рис.

128. Время рыдать. Когда тело будет предано огню, рыдания прекратятся. Словно выключатель повернули.

129. Иногда, кроме риса, труп посыпают порошковой краской. И даже покрывают ей лицо покойного. В этом случае оно выглядит для стороннего наблюдателя ужасающе красным. Слабонервным европейцам кажется, что это засохшая кровь, хлынувшая из горла умирающего.
«Священный пепел (бхасма) наносится на лоб покойника, особенно это касается шиваитов; в других случаях — например, вишнуитами — используется для нанесения на лоб сандаловая паста.» Взято отсюда.

130. В последний путь. Ну, взяли…

Продолжение следует…

Другие части можно почитать по метке (тэгу) Пашупатинатх.

Авторы Игорь и Лариса Ширяевы.

Электронное СМИ «Интересный мир». Выпуск №68 от 11.05.2012