Home 1 Туризм 1 Эфиопия: Эль Сод

Эфиопия: Эль Сод

Хочу сказать, что ломка является одним из непременных условий удачного путешествия. Да-да, именно после того, как в поездке вы сломаете в себе парочку стереотипов, можно будет поставить на ней галочку, а не крестик. Если вы вернулись из поездки точно таким же, каким и были, ничуть не изменившись… то вы были не в путешествии, а в лучшем случае на отдыхе. В худшем с вами случилась унылая командировка.
Но отставить эти недоумные самонаблюдения, вызывающие только недоумение зрителя! Зритель здесь не для этого.
Вот чем хороша Африка, так это тем, что она умеет размашисто косить сочные сорняки стереотипов.
Возьмём, к примеру, существующий задолго до меня бытовой сорняк, утверждающий, что все негры чёрные, а соль белая. Африка легко и размашисто срубает его своим мачете (да, траву там не косой косят!), обнажая истину. А истина такова, что далеко не каждый негр бывает чёрным, и не всякая соль белой…
Негры, белые, как соль. Соль, чёрная, как негры.
Одновременно такое можно увидеть только в одном месте… точнее, в одном аду.

Маленькая деревушка Эль Сод.
Столбы пыли на кособоких улочках, облупленная мазанка-мечеть на краю. К полудню жизнь прячется здесь за дощатыми ставнями и калитками, и только редкий ишак добредёт до середины деревни. В это время здесь царит комендантский час, и злой жёлтый карлик следит за его исполнением. Тот фаранджи, который его нарушит, будет сурово наказан — бутылкой тёплой кока-колы, сладкой, как американская мечта.
Но вот я миновал таки середину деревни, и застыл, у околицы.
Из-за околицы, с расстояния в пару километров, на меня, не мигая, осьминогом смотрел чёрный глаз. Я, как мог, приветливо сделал ему ручкой и начал спускаться.

Эфиопия. Эль Сод.

Спуск в кратер потухшего вулкана Эль Сод занимает примерно 40-45 минут, с учётом 12-килограммового фоторюкзака за плечами и жёлтого карлика сверху. Последний давит на плечи и с каждым часом становится всё тяжелее.
Крутая узкая тропинка без единой тени, два километра пути, почти триста метров вниз по вертикали.

Эфиопия. Эль Сод.

Внизу меня встречает маленький Персидский залив во время очередного нефтяного половодья. Чёрное масляное пятно озера, полная тишина… ни птиц, ни ветерка, и только выныривают где-то в отдалении головы донных обитателей…
Экологическое бедствие? Тюлени снова в опасности?
Нет, не бедствие. И не тюлени… люди, хотя их здоровье действительно в опасности.

Эфиопия. Эль Сод.

Те, которые встречают меня на берегу, делают это с видимым терпением.
Из одежды на большинстве из них только затычки, в носу и ушах.

Эфиопия. Эль Сод.

Вообще-то, на берегу достаточно оживлённо.
Заметен деловой настрой, а вместо ветра здесь веет лёгким ощущением денег.
Какашечно разбросанные кучи грязи только усиливают это ощущение.

Эфиопия. Эль Сод.

Как известно, деньги — это грязь. И здесь эта мудрость работает без запинки.
Глубинного чёрного цвета, покрытая антрацитовым блеском и серной вонью, грязь голыми руками перекладывается в мешки…

Эфиопия. Эль Сод.

…которые тут же зашивает пацан лет 14-ти.
Иголка устало поблёскивает в его пальцах, неподъёмные мешки отползают в сторону, не сами, да…

Эфиопия. Эль Сод.

В мешках чёрная соль Эль Содо.
Не верите?
Да, поначалу она выглядит вот так.

Эфиопия. Эль Сод.

Но после промывки, просушки и утруски приобретает потребительское значение.

Эфиопия. Эль Сод.

Мафак за ухом и дикий оскал капитализма на лице.
Так выглядит владелец ишаков и воротила соляного рынка Эль Содо, что в Оромии — юго-восточном закоулке Эфиопии. Подняв на ишаках триста кило грязи наверх, он через полтора часа богатеет ровно в два раза.

Эфиопия. Эль Сод.

Но он всего лишь звено в соляной цепи.
Её начало приковано ко дну чёрного озера вот этими людьми, которые голыми руками выгребают вонючую грязь с двухметровой глубины.
Это особый клан племени борана.
Здесь их называют лито.

Эфиопия. Эль Сод.

Длинными шестами-донгора, торчащими из воды, они ковыряют дно, а затем погружаются в жгучий соляной раствор, чтобы поднять ком грязи на поверхность.
И чаще всего погружение происходит с головой.
В пластиковом тазу будущая соль буксируется к причалу по установленному фарватеру.

Эфиопия. Эль Сод.

Один такой тазик весит в среднем 25 кило. Это как раз следующий мешок для пацана.

Эфиопия. Эль Сод.

Источники умалчивают о том, какова концентрация соли в кратере. Да, она позволяет нырять ко дну озера, но войти в эту чёрную отраву невозможно, имея хотя бы царапину или занозу. Соль убивает слизистую, и не только.
К примеру, эти люди обнажены не потому, что они идейные натуристы, напротив, для мусульманина публичное обнажение — это большой моветон. Просто любая тряпка на теле изнашивается от этой воды за пару недель, изнашивается в лоскуты и хлам.
Человеческая кожа выдерживает несколько дольше, пытаясь продлить жизнь своему владельцу.
Но как бы то ни было, уже к полудню она покрывается белой зудящей коростой… и работа сворачивается.
В аду наступает перерыв.

Эфиопия. Эль Сод.

Кратер потухшего вулкана Эль Содо с протухшим озером на дне — это явление геологическое и достаточно обычное для зоны Великих африканских разломов. Озеро, когда-то доверху наполнявшее давно уснувший вулкан, в конце концов пересохло, оставив у себя на дне осадок в виде соляного концентрата. К слову сказать, на землях боран есть ещё три соляных кратерных озера, но менее известных и богатых. А в этом месте слой солёной чёрной грязи достигает толщины в несколько десятков метров.
Поднятая в деревню, она неоднократно промывается и просушивается в предназначенных сараях, с каждой неделей становится светлее и через полгода обретает естественный и привычный белый цвет, становясь вполне пригодной для употребления людьми.
Но для своих коров и верблюдов потомственные скотоводы боран используют именно чёрную соль, грубого отмыва. Они верят (и не без причин!), что насыщенная серой и минералами чёрная соль оберегает скот от многих болезней.
Почему чёрный цвет? Никакой загадки! Это просто древний вулканический пепел, отложившийся и спрессованный на дне.
Но спрессован он плохо. Лито добираются до середины озера только по утоптанной тропинке. И дно, и берега вязкие: «Эй, куда идёшь, фаранджи?! Мы тебя оттуда не достанем!»
Это мне, я просто хотел погулять по бережку в поисках ракурса, но… по крайней мере, я бы здесь неплохо сохранился…

Эфиопия. Эль Сод.

Но что это? Мою лекцию прерывает ещё один ишаковод.
Стоит. Выражение лица челобитное, пытается скулить.
«Слюшай, дорогой-хороший… Ну давай ещё трёх ишаков нагрузим, ну сходи за солькой, кормилец… век помнить буду…»
Ещё бы… Заплатив лито 100 быр (6$) за нагруженного ишака (50кг, два заплыва), наверху он тут же перепродаст их за 200. Через полгода всё это будет стоить 500 быр, но уже на рынках Мойяле или Ябело…

Эфиопия. Эль Сод.

Растерянно помахав белёсыми ресницами, молодой парень по имени Косича уходит в чёрную воду, предварительно натянув роскошные труселя, специально для этого журнала.

Эфиопия. Эль Сод.

Добыть голыми руками двадцать пять кило отборной грязи, не прибегая к тазику, может лишь опытный и сильный лито.
Демонстрация молодецкой удали, затычек и труселей.
Оскароносная улыбка в придачу.

Эфиопия. Эль Сод.

В этом месте повествования у меня возникла идея показать и себя в таком же, выигрышном свете, встав на его место.
И я шагнул уже было… но как-то сразу передумал.
Зачем!? К тому же я и так белый.

Эфиопия. Эль Сод.

А тем временем ребята продолжают ишачить, не снимая улыбок с лиц. И где они их понабрали, столько улыбок?
И это несмотря на то, что я подсадил к ним в тазик третьего.

Эфиопия. Эль Сод.

Дальше была фотосессия из серии «Ударники».
Когда-то я снимал много похожего материала для газеты «Сельская Чукотка».

Эфиопия. Эль Сод.

Один только дедушка по фамилии Хусейн удалился, ни разу не поделившись портретом и даже не пожелав надеть труселя.
А жаль… Ковыряется здесь уже лет 50, а то и больше. Можно сказать, ветеран месторождения…
Но удалился, с ворчанием — «Задолбали журналюги. Не дают работать.»

Эфиопия. Эль Сод.

А я возвращаюсь к пацанам, сделав их крупным планом.
Кстати… Для тех, кто тырит фотографии из чужого журнала. В случае чего, они обещали подъехать и решить вопрос во внесудебном порядке.
Они знают места поглубже в протухшем озере Эль Сод.

Эфиопия. Эль Сод.

Эфиопия. Эль Сод.

Эфиопия. Эль Сод.

Люди племени боран никогда не могли похвастать толерантностью к чужакам. Даже сейчас, в сравнительно благополучной Эфиопии, боевое крыло повстанцев из OLF (Фронт Освобождения Оромо) составляют именно боран. А лет 200 назад они стали первыми, кто отлавливал работорговцев (в основном арабов)… и продавал их в рабство. Лошадь, знание местности и верная аркебуза — всё это здорово отличало их от тех же пешеходных нилотов, яростных в драке, но беспомощных с их копьями против арабов или португальцев. И последние очень быстро забыли дорогу в эти суровые края, где злым может быть не только жёлтый карлик.
Но я не хочу усложнять повествование ещё одной лекцией об истории, социальном и экономическом устройстве всего двухмиллионного народа.
Я выскажусь парой слов и только об одном клане этого народа — добытчиков соли лито.

Так же как и колодцы, солевые месторождения в этих краях имеют решающее стратегическое значение. Хозяин местности здесь тот, у кого в руках соль и вода. Неудивительно, что монополия на добычу соли в кратере принадлежит деревне Эль Сод, и только в этой деревне проживают добытчики соли. Даже в социалистический период государство не решилось прибрать к рукам это месторождение, благоразумно пожелав оставить его в руках боран. Кстати, на амарик это место называется Чао Бет, и где-нибудь в Мойяле такое название знают лучше.

На первый взгляд кому-то могло показаться, что ковырять палкой в чёрной луже сможет всякий, но не всякий это желает делать. И действительно, те боран, у которых есть собственный скот, никогда не займутся добычей соли. Но при этом никто не проявляет к лито неуважения. Да они, как правило, беднее, но это не низшая каста на социальной лестнице.
Это просто особая каста, в которой умение добывать соль передаётся по наследству.

Эфиопия. Эль Сод.

Когда я смотрю эти фото, я чувствую серный запах, расплавленную чёрную сковородку Эль Содо и зуд по коже, не менее жгучий, чем Солнце. Пора умываться.

Эфиопия. Эль Сод.

Это можно сделать в ближайшей луже.
Нет, для питья эта вода не годится так же, как и кока-кола.

Эфиопия. Эль Сод.

А так выглядит снова чёрный негр из клана лито.
Да, так он выглядит, когда умоется и покинет свой ад.

Эфиопия. Эль Сод.

Работу в кратере никак нельзя назвать лёгкой и, тем более, заманчивой. Жара и постоянные погружения во враждебную среду сделают своё дело уже через десять лет. И вряд ли Косича озарит своей улыбкой ещё чей-то журнал через десять лет. Улыбки уже не будет, а на его место придут новые и молодые, с запасом свежих улыбок и молодецкой удалью.
И дедушка по фамилии Хусейн в кратере Эль Сод — очень большая, хотя и ворчливая редкость.
Но парню нужно жениться, а для выкупа невесты нужны деньги, и довольно большие. Думаю, его молодости хватит, чтобы их заработать и уехать в большой город («как Мойяле») чтобы открыть там интернет-сарай («знаешь, это выгодней, чем возить соль на ишаках»).

Эфиопия. Эль Сод.

И совсем последнее.
Знаю, что многие в уме давно уже механизировали процесс, мысленно запустив в кратер экскаватор и протянув ленту транспортёра…
Но вы думаете, что эти люди не знакомы с механизмами? Вы их недооцениваете, честное слово.
В чёрном озере Эль Содо лежит плодородный слой в несколько десятков метров. Практически неисчерпаемый слой, для следующих поколений… но это только если черпать его руками.
— Но что мы будем делать после того, как выгребем всю соль экскаватором?
Так говорят люди из клана лито… и у меня пока нет ответа на этот вопрос.

Автор Влад Караваев. Источник.

Электронное СМИ «Интересный мир». 30.06.2013